– Простите? – бесцветным голосом уточняет та.

– Я – Кэтрин Ки… Гибсон. А вас как зовут?

– Зои Харпер, – в голосе девушки звучат нотки недоверия.

– У меня к вам предложение. – Кэтрин деловито опирается на барную стойку. – Вот вы замужем, Зои?

Та приподнимает одну бровь, но в остальном выражение лица не меняется. Тыковка вдруг понимает: кажется, они нашли женский вариант Леона. Вот бы их познакомить!

– Нет, – наконец решает ответить Зои.

– Отлично! – оживляется Кэтрин. – Видите ли, я только что вышла замуж вот за этого англичанина.

Зои переводит на него взгляд, и Том помахивает рукой в подтверждение.

– И мне некому передать вот это, – Кэтрин кладет цветы на стойку перед ней, – так что он теперь ваш.

– Для чего мне букет? – уточняет Зои.

– На удачу, – сияет Кэтрин. – Вдруг пригодится!

Не дожидаясь ответа, она тянет Тома к лифту, хитро посмеиваясь всю дорогу.

– Видел ее лицо? – шепчет новоиспеченная миссис Гибсон, нажав кнопку вызова. – Пять минут назад она ничего не планировала, а теперь точно задумается о замужестве.

– Когда это ты стала такой яростной сторонницей брака?

– Когда сказала тебе «да», – сияет Кэтрин. – И теперь поняла, что это – лучшее, что со мной происходило.

Двери лифта открываются, и они забираются внутрь, так и не разомкнув рук.

– Я люблю тебя, муж, – прижимается к нему Кэтрин. – Я рада, что ты женился на мне.

– Я люблю тебя, жена, – отвечает Том. По щеке предательски катится единственная сбежавшая слеза. – Ты – самая красивая девушка в Вегасе.

Десять лет предыдущих отношений сейчас кажутся не просто прошлой жизнью, а случайным плохим сном. Эти годы, которые были наполнены негуманными часами в медшколе, еще менее гуманными – в резидентуре. И упреками в том, что Кэтрин недостаточно кореянка, вместе с попытками найти бесконечные компромиссы.

Том Гибсон женился на ней, не выдвинув ни одного условия. Больше того – он уговаривал Кэтрин выйти за него. Искал аргументы. Объяснял, почему сейчас. За день организовал им великолепную свадьбу. Было забавно идти сквозь парковку, слушать очень странную версию Элвиса и фотографироваться в розовом кабриолете.

Это удивительно и даже волшебно: Том не стесняется проявлять чувства. Иногда такое смущает, потому что целоваться на улице, танцевать в пустом зале или обниматься на людях – точно не то, чему ее учили. Однако сегодня Кэтрин решает, что это – одна из ценных вещей в их отношениях, ведь она точно знает, что Том чувствует в каждую секунду. Когда он злится, а когда счастлив. И еще знает, что это все – правда, ведь в его прикосновениях нет ни капли притворства.

Перед тем как они заходят в свой номер, Том вдруг обхватывает ее руками и чуть приподнимает над землей.

– Вот теперь точно все, – тяжело произносит он, когда ставит на пол уже в номере.

– Ты великолепен, – улыбается Кэтрин, – муж.

Она снова пробует это слово на языке, но оно пока не кажется реальным. Несколько месяцев назад она пыталась понять, как можно найти себе хотя бы парня, еще сегодня утром думала, что весь путь начинается заново – и вот у нее появляются муж и новая фамилия.

– Мне не верится, что мы поженились. – Кэтрин падает на кровать, широко раскинув руки. – Мы с тобой. Вот так, в Вегасе.

– Дай-ка добавлю реальности, – говорит Том и нависает над ней. – Посмотри на левую руку.

Кэтрин слушается и словно в первый раз замечает золотую полоску, которая поблескивает на безымянном пальце. Точно, Том подумал и об этом, причем заранее.

– Мы женаты, – подтверждает он, – и ты теперь доктор Гибсон.

– На работе все с ума сойдут.

– Мы и в этом были первыми. Я люблю тебя, жена.

Том опускается с нежным поцелуем к ее губам, и в ту же секунду тело заполняет яркое до покалывания в пальцах возбуждение. Кэтрин тянется к его футболке, забирается под ткань и проводит ладонями по горячему телу.

Сегодня им совсем некуда торопиться: Том целуется так, словно вкладывает особый смысл в каждое прикосновение губ. Кэтрин отвечает тем же – это их первый раз в роли мужа и жены. И его хочется запомнить на всю жизнь, не хуже, чем их самую первую ночь.

Его губы опускаются ниже, к ее шее, а рука поглаживает бедро, посылая по коже колючие мурашки даже при касании сквозь джинсы.

– Господи, я женился на лучшей девушке в мире, – бормочет Том, разделяя слова поцелуями. – На самой необыкновенной. На самой чудесной.

Кэтрин шумно вдыхает, когда он задирает на ней футболку и прижимается губами к животу.

– На самой большой зануде.

Они медленно раздеваются, помогая друг другу. К моменту, когда Том стягивает с нее белье, Кэтрин уже не чувствует конечностей от возбуждения. Негнущиеся пальцы действуют словно по собственной воле, исследуя дорожку волос у него на животе, обхватывая огромный член.