– Вот почему ты потекла! – встревает Эверли. – Я бы тоже не удержалась.

Телефон жужжит короткой вибрацией, и на экране всплывает сообщение от незнакомого номера. Сердце замирает: Зои тут же читает его на предпросмотре, не открывая.

«Леон Гамильтон? Думаешь, что движешься наверх, но помни, эта лестница ведет к пропасти в ад».

– Подождите, – говорит Зои подругам и нажимает на иконку входящих.

Помимо текста, на экране всплывает фотография, которая сделана буквально сегодня вечером. Леон за руку выводит Зои из клуба… Видно даже скромную и непримечательную вывеску «Пристанища».

Через секунду приходит вторая, уже у машины. Леон слишком близко к ней, и пусть у них ничего не было – фото доказывает обратное.

«Кто ты?» – пишет Зои в ответ.

Она уже вбивает номер в TrueCaller, и единственным вариантом выходит некий Рой Б. Спустя пару секунд паники Зои складывает два и два: Рой Броган, известный в Корнелле и теперь в Нью-Йорке как Сверчок, уже интересовался Леоном – это ведь он выпустил ту разгромную статью.

– У меня проблемы, – произносит она и поднимает глаза на экран. – Нас с Леоном сфотографировал Сверчок, и у него откуда-то есть мой номер.

– Ты пиарщик Арчера, у каждого журналиста города есть твой номер, – напоминает Руби. – Что ему нужно?

«Старый поклонник», – жужжит еще одно сообщение. Следом всплывает второе: «Вот прикидываю, кому интереснее будет узнать о вашей паре первым, Дэвиду Арчеру или широкой общественности».

«Рой, что тебе нужно?»

«Угадай».

– Кажется, он хочет от меня денег. Или от Леона, тут я пока не понимаю, – проглатывает подступающую истерику Зои. – Черт, каким образом это вышло? Мы с Леоном встретились всего один раз, и уже…

– Думаю, он следил за ним, – спокойно произносит Руби. – Скандал, который Рой раздул вокруг смерти Гибсона, вышел тухловатым, кроме твоего Гамильтона никто и бровью не повел. Сверчок точно будет копать дальше.

Черт.

Черт!

«Сколько?» – набирает непослушными пальцами Зои.

– Посмотри на меня, – слышится голос Руби.

На экране три взволнованных взгляда, и Зои прекрасно понимает тревогу подруг. Ее саму разрывают противоречивые чувства. Дэвид Арчер сделал все, чтобы она не ушла к Леону работать, – и чего ожидать, если он узнает, что они спят?

И это при том, что они даже не спят!

– Не решай проблему в одиночку, – спокойно произносит Руби. – Сверчок следил за Леоном, а не за тобой. Вот пусть Леон с ним и разберется. Заодно узнаешь, хорош ли он в деле или только словами умеет.

– А он-то ему что сделает?

Лицо Руби становится совсем загадочным.

– У Леона есть свои инструменты, – медленно проговаривает она.

Еще одно сообщение, с другого номера. Зои опускает взгляд на экран.

«Это Леон. Как насчет поужинать завтра?»

Глава 17

Леон

Леон заканчивает с приготовлением завтрака и открывает утренние новости. Этот ритуал – неважно, в будни или выходные – помогает настроиться на весь день. Мысли о Тыковке продолжают преследовать, но ответственность за живых людей не дает утонуть в скорби.

План на сегодня очень прост: разобрать скопившиеся задачи в Salesforce, пообедать с Джеком и Флоренс, пока будет работать клининг, потом просмотреть информацию по синдикату – мало ли, вдруг он понадобился – и отправиться на ужин с Зои.

Месть, которая сейчас кажется слаще спелой ежевики, становится ближе с каждым днем. Леон чувствует, что понравился Зои, а значит, еще пара недель, и она будет на коленях в игровой. Ему остается лишь запастись терпением и выстроить все верно.

Он скучает по Тыковке каждый день. Даже сейчас, наткнувшись на статью об обновлении на рынке спорткаров, Леон едва не отправляет ее ему. Просто по привычке. И всякий раз, когда это происходит, снова становится больно: теперь забавные статьи некому отправлять. И вытаскивать из кабинета в ночи тоже некого, и смеяться над новостями «Формулы-1».

На секунду замерев, Леон проглатывает ком в горле и снова выбирает жить дальше. Как минимум он нужен Кэтрин и маленькому – или маленькой – Тыковке. Раз одного уже нет, кто-то обязан позаботиться об остальных, и кандидатура очевидна.

После возвращения из Кореи Леон окончательно перестал злиться на Кэтрин. Да, он умеет признавать собственные ошибки, что бы ни говорили братья, и это была одна из них. Сегодня утром он даже позвонил ей, чтобы справиться о самочувствии, но после волны отборной брани, завершившейся просьбой не заботиться о ней, решил больше так не делать.