– Сегодня у нас важная миссия. – Леон кладет руку ей на талию и ведет внутрь. – Мы будем узнавать друг друга получше. Не как доминанта и нижнюю – этим мы занимались вчера. Как людей.

– В неработающем ресторане?

– Поверь, он прекрасно функционирует. Бонни успела поставить все необходимое нам оборудование, остается только приготовить ужин.

– И кто же этим займется?

– Мы, – спокойно произносит Леон. – Сейчас зайдем на кухню, у меня есть два фартука.

Зои не верит своим ушам, но когда он толкает маятниковые двери, давая ей пройти внутрь, все становится до ужаса реальным. То есть она готовилась к тому, чтобы его соблазнить, а он… узнать ее? Что он вообще за мужчина такой?

– Какое меню, шеф? – с вызовом произносит она.

– Очень простое на самом деле, – поправляет очки Леон, проводя ее вглубь кухни. – На закуску мы с тобой сделаем салат из сицилийских апельсинов, в качестве основного – ризотто, а на десерт – «Забаглионе».

– Серьезно?

– Зои, мы в итальянском ресторане. Пожарить треску в кляре было бы неуважением.

– Что наводит меня на первый вопрос о тебе.

– Я не настолько люблю готовить, если ты об этом, – усмехается Леон.

Они наконец оказываются посреди цеха, где на металлических полках уже разложены продукты. Леон снимает с крючка один из фартуков и надевает его на Зои через голову, после чего единственным движением заставляет ее развернуться и завязывает лямки, касаясь ее спины сквозь ткань.

По коже тут же пробегают мурашки. Ладно, это было сексуально. Самое горячее, что… Леон разворачивает ее обратно и сосредоточенно расстегивает рукав на белой рубашке Зои, чтобы подвернуть его до локтя. Завязывание фартука мгновенно опускается на второе место в топе сексуальных вещей, которые может сделать мужчина.

Наблюдая за блеском очков, Зои еле удерживает себя в руках, чтобы не стащить их с его носа и не посмотреть, что таится в глубине глаз. Кстати, какого они цвета?

– Леон, – зовет она.

Тот устремляет на нее вопросительный взгляд.

Серые. Впервые в нормальном свете Зои может рассмотреть его поближе. Прямой длинный нос, брови вразлет, мужественная челюсть… Даже при том, как мало он улыбается, все равно красавчик. Наверное, девушки становились бы в очередь за свиданием с ним… Если бы были ему нужны.

Но этот конкретный миллионер из британских трущоб ищет не девушку. Он ищет нижнюю для игровых сессий, которые сопровождаются… Кстати, чем?

– Ты взаимодействуешь с нижними вне игровой?

– Да. – Он переходит ко второму рукаву. – Обычно мы общаемся до сессии, чтобы войти в правильное настроение. Со мной можно обсудить многое, поверь.

– Например?

– Искусство, и не только изобразительное: музыку, книги, фильмы. Бизнес. Любые хобби. В том числе мне можно рассказать, как прошел день, или попросить о помощи или совете.

Леон надевает второй фартук на себя и точно так же подворачивает рукава. Вены на его мощных руках заставляют Зои сглотнуть скопившуюся во рту слюну: он словно специально соблазняет ее. Хотя это ведь ее роль, разве нет?

– В чем отличие от обычных отношений?

– В чувствах. Ты сама поставила их в лимит – и это очень верно. Между доминантом и нижней должна быть эмоциональная связь, иначе удовольствие не будет полным.

Он берет с полки разделочную доску и нож, кладет их на одну из кухонных поверхностей и поворачивается к продуктам, не прерывая объяснение:

– Но не стоит путать их с тем, что продает нам массовая культура. Любовь, отношения, взаимная ответственность, семья – эти вещи не для меня.

– Ты пробовал?

– Нет, но я и наркотики не пробовал, – безразлично отвечает Леон. – Не все на свете стоит пробовать, чтобы точно знать, что тебе это не нужно.

– Многим людям приятно обрести кого-то близкого, кто станет их новой семьей.

– У меня т… двое братьев, для семьи более чем достаточно. Ты пытаешься уговорить меня завести отношения?

– Скорее хочу понять, насколько крепки твои устои, – усмехается Зои.

– Я в теме тринадцать лет, – успокаивает ее Леон. – Осечек с моей стороны не было.

– С пятнадцати?

– Да. Раннее взросление дает свои плюсы и минусы, и один из плюсов – быстро понимаешь, что встречаться с девочкой из класса, спать с ней и ходить под ручку, пока она ожидает от тебя чувств, – это неправильно.

– Но ты не пробовал роль нижнего?

– Один раз, уже в Нью-Йорке, – признается Леон. – Не мое. Потребовалось десять минут, чтобы выучить это на всю жизнь.

Он подводит Зои к разделочной доске и выкладывает перед ней апельсины, лук, каперсы, оливки и маслины. Через секунду Леон оказывается позади, и когда его ладони ложатся на ее плечи, в животе появляется тепло.

– Сейчас ты будешь ответственной за салат, – произносит он тихо, словно их подслушивают. – Нужно порезать апельсины, очистив их от кожуры и белого слоя, а также нарезать лук тонкими кольцами.