Мне захотелось уехать домой, к родителям. До Рождества оставался еще целый месяц, но билеты можно было взять уже сейчас. Вдруг это хоть немного успокоило бы: выдерживать Эрика, Рэя, коллег, работу и Лондон становилось слишком сложно.

– Тебе нужно повзрослеть, – резко произнес Рэй. – За своими страданиями о каком-то не таком мнении ты упускаешь множество возможностей, которые дает тебе жизнь.

– Возможностей напиться кофе с чужой слюной?

– Ты не такая мнительная, какой пытаешься показаться, маленькая аферистка, – его глаза вдруг смягчились, – и меня ты не обманешь. Иди на выходные и приведи себя в порядок. Нас ждет новый интересный этап.

Я вылетела из здания, забыв, как дышать: Рэй назвал меня аферисткой. Значит, он что-то обо мне знал, но что именно? Господи, все становилось слишком сложным, и если еще утром мне казалось, будто разгадка проклятых тайн находится где-то очень близко, то сейчас она снова убежала за горизонт.

Ноги несли меня к метро, в голове взрывались десятки версий случившегося, но ни одна из них не была ни адекватной, ни даже приятной. Чем мне себя успокаивать до самого понедельника? Один бог знал, но сообщить забыл.

– Да стой же ты!

Две сильные руки обхватили меня сзади и подняли над землей, разворачивая обратно к офису. Все, что я успела – лягнуть напавшего в колено своей новой шпилькой, но нога проскользнула назад, почти не принося вреда. Черт!

– Успокойся, – грозно рыкнул мне в ухо смутно знакомый голос.

К этому моменту сил на сопротивление не осталось. Да, меня похищали посреди Канэри-Уорф. Да, если бы я не выражала протест, меня могли убить. Что ж, для такого дня, как этот, смерть казалась логичным завершением.

Ладно. Я поникла, сдаваясь судьбе, но уже через секунду увидела Гаурава и Фелисити, которые стояли недалеко от нашего здания и смотрели прямо на меня. Так, словно все было в порядке вещей. Нет, я, конечно, превратилась в то еще говно в их глазах, но не настолько же, чтобы с безразличием наблюдать за моим похищением.

А потом дошло. Серое дорогое пальто, древесный запах нишевого парфюма, и голос, опять же… Навстречу мрачной судьбе меня нес Хэмиш Ливингстон.

– А вы говорили, не догоню, – самодовольно произнес он и поставил меня на землю напротив Фелисити.

– Тебе нужны новые брюки, – заметил Гаурав.

– Да блядская ты хуйня! – вдруг выругался Хэмиш – впервые такое слышала от него – и согнулся пополам, осматривая место, где проехался мой каблук. – Новые же… Фух, есть царапина, но вроде не порваны.

Он выпрямился и словно вспомнил о публичном образе, поправляя пальто и свою безупречную прическу.

– Отнесу портному.

– Да, может, еще спасешь, – закивала Фелисити. – Больше ничего не пострадало?

– Вроде бы нет, – поджал губы Гаурав.

– Извините, – подала голос я. – А можно узнать, что происходит?

– Мы ждем тебя здесь, чтобы поговорить, – любезно объяснила Фелисити. – Тебя все нет, а когда ты наконец появляешься, то летишь мимо нас, как на пожар, и совершенно игнорируешь то, что мы втроем в полный голос тебя зовем. Хэм спорит с Гавом на двадцатку, что догонит тебя еще до станции, выигрывает спор, и вот ты здесь.

– Спасибо, – кивнула я. – А зачем?

– Мы хотим понять, что происходит, – сказал Хэмиш. – Это какой-то жуткий треш, и мне не нравится так работать.

– Подождите тут до пяти, – предложила я. – Блэк спустится, у него и спросите.

– Хватит, мы же не с претензией, – перебила Фелисити. – Мы скорее как друзья.

Во всем многообразии противоречивых чувств, которые переполняли меня, невозможно было выделить какое-то одно, так что лучшим решением показалось просто кивнуть.

– Пойдем в ресторан неподалеку, – махнул куда-то в сторону Гаурав. – Как раз спокойно обсудим.

Я плелась вслед за ними, не зная, что думать, а главное, что сказать.

Если честно, уже через три минуты молчаливого путешествия по кварталу на меня навалилась усталость. Допустим, все теперь собирались ненавидеть меня до конца своих дней. Я разрушила их уютный корпоративный мирок и оказалась той самой тварью, которой вечно больше всех нужно. Гадина. Тупая пизда. Дальше?

Единственное, из-за чего действительно стоило переживать, – не могло ли произошедшее помешать мне выполнять свою… другую работу. За два месяца у нас с Эриком было всего два инсайда – второй я отловила в одном из чужих отчетов, но он не так драматически влиял на мой прогноз. И теперь было не очень понятно, останутся ли инсайды вообще. Сейчас, если мы легально и официально получали доступ ко внутренней базе, такие приписки могли вызвать ненужные вопросы.