Или неугодную могли убить. Судя по Рэю, для него это не было бы сложным моральным выбором. Просто наказание для раздражающей идиотки, минусы от поведения которой перевесили плюсы. Возможно, я даже не была бы его первой жертвой.

Вместо того чтобы прыгнуть в поезд на нужной мне ветке, я вышла наружу и решила прогуляться под срывающимся снегом. В носу щипало, а на глаза сами собой наворачивались слезы. Было обидно умирать вот так, просто из-за того, что немного не сдержалась.

А еще я устала. Эрик, Рэй, «Рид солюшнс», отчеты, которые никто не отменял, трейдинг, в котором я все еще не так уж хорошо разбиралась… У меня не было даже времени послушать все новые выпуски подкастов из моих подписок!

Работа затягивала, а две работы – аналитиком и шпионкой – просто выжимали из меня последние силы. И рождественские каникулы не особенно помогли. Я до сих пор даже не открыла новый макбук, потому что была постоянно чем-то занята: или работала, или трахалась, или проводила время с одним из двоих моих мужчин, или думала над загадками, которые подкидывали мне они оба.

Спокойная жизнь тиндер-аферистки казалась такой далекой, словно прошло лет двадцать.

Бессмысленно шатаясь по городу, я сквозь слезы разглядывала огни и здания, людей, куда-то, сука, вечно спешащих. В сумке завибрировал телефон, и я сначала не хотела даже брать трубку, но он никак не успокаивался.

Эрик. Как чувствовал.

– Ты не отвечаешь на мои сообщения.

– Иди в жопу, – окончательно разнылась я, шмыгая носом и даже не вытирая слезы, – я тебе не собачка.

– Рос и Гил бы с тобой поспо… Стоп. Что случилось?

– Я устала! Не хочу больше всем этим заниматься! Я хочу домой!

– Где ты сейчас?

– Где-то в Стратфорде.

– Пришли геолокацию и стой на месте. Я рядом.

У меня не было сил спорить. Дойдя до ближайшего здания, я прислонилась к нему и продолжила рыдать, пропуская мимо себя прохожих. Черт знает, сколько я там простояла, но мысли, которые заполняли голову и накладывались друг на друга, веселыми точно не были. Наоборот, к моменту, когда рядом остановилась матовая БМВ, в воображении я уже стояла в черном на собственных похоронах.

Эрик выскочил в одном свитере, несмотря на холод, и прежде, чем затолкать меня в машину, отряхнул мои волосы и пальто от снега.

– Я порчу тебе машину, да? – спросила я, когда мы уже двинулись.

– Что за чушь? Ты могла промокнуть и заболеть, – агрессивно бросил Эрик.

Пришлось заткнуться. Мы развернулись на перекрестке и, кажется, поехали в сторону центра. По крайней мере, когда вокруг появились знакомые улицы Уайтчепела, это означало, что Эрик не вез меня домой. Черт.

Он тоже молчал всю дорогу, только бросал на меня странные суровые взгляды. Даже музыку не включил – так мы и катились по асфальту под урчание двигателя. Почему в моей жизни не было никого, кто мог бы меня поддержать? Бренда сейчас ржала бы надо мной. Фелисити думала, что у нас с Рэем любовь. Гаурав и Хэмиш были слишком заняты собой. А Эрик просто молчал как рыба.

Вот для чего обычно нужны друзья! Никто даже не мог сказать мне «это пройдет, ты со всем справишься» или что там говорят нормальные люди. Вместо этого я сидела в тишине в чужой машине и ехала хер пойми куда.

По лицу снова покатились слезы.

– Нет-нет, только не это, – встревожился Эрик и достал платок. – Давай без слез, пожалуйста.

– Тебе не нравится, когда я плачу?

– Я вообще не понимаю, что с этим делать, – признался он. – Можешь не плакать, пока не приедем?

– А там что, можно?

– Ну… технически да. Но там я хотя бы смогу тебя… обнять, наверное.

По его тяжелому вздоху стало понятно, что Эрик паниковал из-за меня, и это странным образом оказалось самым приятным фактом за вечер. Не то чтобы уменьшало вероятность того, что я умру, но точно увеличивало шансы на то, что Эрику от этого будет неприятно.

А ведь он мог бросить меня там, в Стратфорде. Я бы все равно перезвонила из дома.

До самого центра мы не доехали – Эрик свернул сначала в узкий переулок, а потом и на парковку. В той же тишине мы долго кружили в поисках свободного места, пока наконец машина не втиснулась между двумя широкими «Ауди».

– Ты вышла на улицу без зонта? – строго спросил Эрик.

– Я забыла его в офисе.

Он потянулся назад и достал серую шапку, которую бесцеремонно надел мне на голову. Какого… Видимо, на моем лице пробежали субтитры, потому что он щелкнул меня по носу и улыбнулся.

– Лучше испортить прическу, чем весь январь.

На улице Эрик схватил меня за руку и повел к зданию, которое я сразу узнала. «Рация» выделялась даже среди остальных небоскребов Лондона. Не внешне – металл и стекло, других материалов в город не завозили, – а своим верхним этажом. Там был сад. Да, на вершине огромного здания устроили сад, я видела фотографии.