Аспен снова проводит большим пальцем по моей нижней губе, и я стараюсь не вздрогнуть, но внезапно она впивается ногтем в затянувшийся порез, и я чувствую, как на его поверхности выступает свежая кровь. Когда я облизываю губы, то чувствую ее вкус.

– Вот, – шепчет Аспен. – Поцелуй меня.

Когда я выполняю ее просьбу, она слизывает кровь с моих губ и рта, проводит языком по порезу, а затем скользит им между моих зубов, и медный вкус расцветает новыми красками. Я углубляю поцелуй, переплетая наши языки, и Аспен прижимается ко мне всем телом. Она упирается пятками в мой зад и обхватывает ногами мои бедра.

Получив молчаливый сигнал, я слегка меняю положение бедер, пока мой член не проникает в ее гладкое и скользкое лоно.

Аспен приоткрывает губы и издает тихий стон, а затем проводит ими по моему подбородку и спускается к шее. От этого движения по моей спине пробегают мурашки.

Когда в последний раз меня так целовали?

Я позволяю ей посасывать мою кожу, оставляя на ней следы, и чувствую, как напрягается мой член. Понимая, что больше не могу ждать, я проникаю в нее, проклиная Аспен за то, как сильно сжимают меня мышцы ее влагалища. Ее киска влажная и невероятно тугая, а Аспен даже не подозревает о том, какая она идеальная.

Она впивается зубами в мою шею, опускает голову ниже и, отодвинув в сторону мою толстовку, оставляет дорожку из влажных поцелуев на моих ключицах и татуировке в виде черепа оленя. Ее пальцы скользят по моему животу и татуировке орла со значением «Будь свободен», как будто это так легко.

Я беру Аспен за подбородок и поднимаю ее лицо, чтобы уткнуться носом в ее шею. Я тоже хочу оставить на ней свои следы. Поскольку моя губа рассечена, на ее коже остается не только засос, но и красный след. Кожа этой девушки имеет солоноватый привкус, похожий на пот, но ее запах напоминает райский аромат, который я не могу точно описать.

Я выхожу из нее, оставляя внутри только головку члена, а затем резко вхожу, и холодный пластик под нами прогибается. Аспен вздрагивает от удовольствия, обнимает меня ногами и запускает пальцы в мои волосы, а я приподнимаюсь и погружаюсь в нее, глядя ей прямо в глаза.

– Подними майку, – приказываю я, дабы снова увидеть эту чертовски красивую грудь.

Она спрятана за полоской кружева, которая не скрывает ее твердых сосков. Наклонившись, я беру один из них в рот прямо через ткань, игнорируя этот барьер, и начинаю то покусывать, то посасывать твердый бугорочек.

Аспен выгибается, прижимаясь грудью к моему лицу, и когда я слегка прикусываю ее сосок, она вскрикивает.

Это такой приятный звук.

Я ускоряю движения, и каждый раз, когда вхожу в нее, из груди Аспен вырывается стон. От этих чудесных звуков мои чувства обостряются, а яйца напрягаются.

Переключив внимание на другую грудь, я провожу рукой между нашими телами и, переходя на короткие толчки, ласкаю ее клитор. Я хочу, чтобы мы достигли оргазма вместе и оба погрузились в приятное забытье. Не знаю почему, но мне кажется, что это правильно.

Аспен тяжело дышит и стонет подо мной. Она впивается ногтями в мою кожу, а затем сжимает мои волосы и тянет за них, словно пытаясь заставить меня двигаться быстрее. Мой самоконтроль ослабевает, превращаясь в тонкую нить, которая делает меня человеком, готовым следовать ее указаниям.

– Я собираюсь кончить в тебя, – предупреждаю я ее, разрывая поцелуй, но каждое мое слово словно его продолжает. – Тебе же это нравится? Ходить вместе со мной по грани.

Я ускоряю движения пальцев на ее клиторе, и она беззвучно просит меня продолжать, но затем откидывает голову назад и закрывает глаза, словно пытаясь отстраниться.

Но от меня не уйти.

Я кусаю ее за шею, и все ее тело содрогается. Она смотрит на меня сквозь призму своего удовольствия и изумления, и я ухмыляюсь, потому что уже почти достиг пика, а она – нет. Но затем Аспен вздыхает и говорит:

– Пожалуйста, не останавливайся. – Она произносит эти слова будто нараспев, но я не намерен лишать ее кайфа.

Еще одно движение – и мышцы ее влагалища почти до боли сжимаются вокруг моего члена, когда ее накрывает оргазм. Аспен впивается ногтями в мою шею, и я полностью погружаюсь в нее, испытывая сильнейший оргазм в своей жизни.

Мы стоим обнявшись целую минуту, а затем я чувствую вибрацию и возвращаюсь в реальность.

– Телефон, – говорит Аспен.

Она расслабилась, но, кажется, не возражает против того, что я все еще внутри нее. Мой член уже наполовину обмяк, но мне хочется побыть в ней еще хотя бы немного.

Внезапно телефон перестает вибрировать, но затем начинает вибрировать снова. Я понимаю, что это звонит мой отец, и мое настроение сразу портится. Возможно, он сейчас где-то рядом и ждет, чтобы познакомить меня со своей новой женой.

Словно старая боль, ко мне возвращается гнев, но когда я выхожу из Аспен и вижу доказательство того, что мы только что трахались, это немного успокаивает меня.