Оказавшись у своего номера, я достаю из кошелька ключ-карту и открываю дверь. С нетерпением ожидая завершения того, что начал в коридоре, я также предвкушаю услышать, что Уиллоу кончает следом за мной. Однако, зайдя внутрь и проходя мимо ванной комнаты, я внезапно останавливаюсь как вкопанный.

Она здесь.

Здесь.

Черт возьми.

И она абсолютно обнажена. Уиллоу лежит на спине, расслабленно опираясь на изголовье кровати, ноги скрещены, а грудь открыта моему взору. На ее запястьях и лодыжках завязаны шнурки, но они не закреплены, так как она просто ждет меня.

– Что ты здесь делаешь?

– А ты мне не рад? – спрашивает она, пристально глядя на меня.

Я почти недоверчиво качаю головой, но не хочу, чтобы она подумала, будто я не рад ее видеть. Хотя, конечно, мне интересно, как она сюда добралась. Кто был за рулем автомобиля, на котором она приехала? Была ли Уиллоу пристегнута? Соблюдали ли они скоростной режим?

– Майлз, – шепчет она, и я бросаю телефон на кровать.

У меня есть примерно час до выхода на лед. За это время я планирую как минимум трижды довести свою девочку до оргазма.

– Я в восторге, – отвечаю я, расстегивая джинсы и спуская их вниз, чтобы освободить свой член.

С головки моего члена уже начала сочиться смазка, и я сжимаю его в руке. Это ощущение не идет ни в какое сравнение с тем, что я испытываю, когда нахожусь внутри моей дикарки, но мне нужно хоть что-то, чтобы снять напряжение. Я медленно подхожу к Уиллоу и, сбросив с себя одежду, начинаю тянуть за один из шнурков, обвивающих ее лодыжку, а она расслабляется и раздвигает ноги. Мои пальцы скользят по ее нежной, гладкой коже, и Уиллоу слегка вздрагивает, поддаваясь моим прикосновениям. Она визжит, когда я тяну ее вниз, чтобы привязать ее ноги к изножью кровати, сначала одну, потом другую, но затем замолкает, и я поднимаюсь выше. Чувствуя ее пристальный взгляд, я наклоняюсь и нежно касаюсь ее губ своими. Уиллоу выгибается мне навстречу, и я скольжу языком по ее губам, пробуя их на вкус. Не позволяя себе увлечься поцелуем, я быстро отстраняюсь. Отложив ее телефон в сторону, я связываю запястья Уиллоу и поднимаю их над ее головой. Обматывая шнурок вокруг изголовья кровати, я мысленно благодарю того, кто придумал сделать его не из цельного куска дерева.

– Эти шнурки не от твоего корсета, – говорю я, проводя пальцами по шнурку, чтобы ощутить текстуру материала. Уиллоу, закусив губу, кивает в ответ.

– Нет, я нашла их в твоем шкафу.

Мое сердце начинает биться быстрее, и все медитативное спокойствие, которое я обрел по пути сюда, исчезает.

– Когда ты сделал пирсинг? – спрашивает она, опуская взгляд и с интересом разглядывая мой член.

Я нежно касаюсь ее груди и задерживаюсь, чтобы провести пальцем по соску.

– Первую штангу чуть больше года назад, – признаюсь я. Это произошло, когда она впервые переспала с моим братом. Я хотел почувствовать физическую боль, потому что не мог понять, почему так сильно обижен и зол на них обоих.

– А вторую?

Второй раз я решился на пирсинг после того, как Уиллоу во сне призналась Ноксу в своих чувствах. В ту ночь мне не следовало наблюдать за ней и заходить в его комнату, но я знал, что Нокс бросил ее одну и сидел внизу. Она была в отчаянии и плакала даже во сне, а потом произнесла слова, которые меня убили. Уиллоу влюбилась в другого. В того, кто не был мной.

Я щиплю ее за сосок, и дыхание Уиллоу прерывается. Она снова выгибается и тянется навстречу моим прикосновениям, вместо того чтобы отстраниться от них.

– Я люблю тебя, – признаюсь я, и она с удивлением смотрит на меня, но не спешит отвечать тем же.

После того как Нокс причинил ей боль, Уиллоу, кажется, не может заставить себя произнести эти слова снова. И я понимаю, что, какими бы ни были её чувства, ей будет нелегко ответить мне взаимностью. – Ты мне доверяешь? – спрашиваю я.

Ее голубые глаза задерживаются на моем лице, и затем она медленно кивает.

Я достаю из сумки майку, которую мне предстоит надеть примерно через час, и обматываю ее вокруг головы Уиллоу, закрывая ей глаза. Она не издает ни звука, и это заставляет меня чувствовать себя еще более возбужденным.

Затем я лезу в карман и достаю свой складной нож. Бесшумно открыв его, я забираюсь на кровать, не замечая, как она прогибается подо мной, и, опускаясь ниже, касаюсь кончиком ножа кожи Уиллоу прямо между ее грудей.

– Что это? – спрашивает она, слегка вздрогнув от холодного прикосновения.

– Наслаждение и боль, – отвечаю я. – Ты получаешь от этого удовольствие, Уиллоу. И если ты сомневаешься в этом, я с радостью помогу тебе разобраться.

Я откидываюсь назад, располагаясь между ее ног, и притягиваю ее тело вниз, чтобы ее скованные ноги могли согнуться, а ягодицы оказались на моих бедрах. Мне нравится, как Уиллоу беззащитно лежит у меня на коленях. Ее руки закинуты за голову, но я оставил ей достаточно места, чтобы она могла двигать руками.

Хорошо.

Наклонившись, я провожу языком по лезвию ножа.

– Майлз, – выдыхает она.

– С твоей киски практически течет, – говорю я. – Как долго ты ждала меня, моя дикая девочка?