Рикки выгибает бровь, глядя на меня, как будто я говорю на иностранном языке или что-то в этом роде. Очевидно, мне придется объяснить ему по буквам.

— Если мы инсценируем разрыв, мне придется держаться на расстоянии. А это значит, что мне нужен кто-то рядом с ней, кто защитит ее так же, как защитил бы ее я. Кто-то, кто любит ее так же, как я, — добавляю я, и у меня внутри все переворачивается.

Первые несколько секунд Рикки просто пялится на меня. Но затем, ни с того ни с сего, начинает смеяться.

— Ты, мать твою, спятил, богатенький мальчик. Погоди-ка, дай проясню. Твой грандиозный план — представить все так, будто она бросила тебя и вернулась ко мне?

Он заканчивает говорить и снова смеется.

— Я не могу оставить ее без защиты. У тебя есть идея получше?

Он пожимает плечами и переводит взгляд на меня.

— Не злись, но я просто кое-что понял.

Рискуя, что пожалею об этом, я все равно спрашиваю.

— О чем ты?

— Просто для справки, — начинает он, выгибая бровь и ухмыляясь. — Если ты думаешь, что я — твой самый надежный вариант, значит Блу не поделилась с тобой некоторыми особыми деталями нашего прошлого. Черт, да даже про этот год не рассказала, — поясняет он.

Я молчу, ведь пока Рикки сам не упомянул об этом, я думал, что меня вполне устраивает, что они какое-то время встречались, и что он был ее первым и последним парнем до меня. Но теперь он заставляет меня задуматься: что, если эта игра в возобновленные отношения будет похожа на зажженную спичку, брошенную в бочку с бензином?

Саутсайд я верю безоговорочно. А вот этому ублюдку — вообще нет.

— Но это не столь важно. Я в деле. Ради нее, — добавляет Рикки, как будто я когда-то думал иначе.

— Если мы делаем это, я хочу, чтобы ты запомнил три вещи, — предупреждаю я. — Во-первых, это не по-настоящему. Во-вторых, временно. И в-третьих, я тебя на куски порву, если ты попытаешься сделать что-нибудь не то.

Руиз снова ухмыляется, уже пятясь к зданию.

— Я постараюсь держать руки при себе, но, знаешь, всякое случается.

Еще до того, как я успеваю разозлиться, он начинает смеяться, вероятно, представляя, что творится у меня в голове.

— Расслабься. Я буду вести себя хорошо. С ней по-другому и быть не может.

Он исчезает в здании как раз в тот момент, когда я слышу, как диктор начинает представлять игроков. Пусть это, возможно, один из худших разговоров, которые мне когда-либо приходилось вести, сообщить Руизу о подробностях дела было необходимо. Ни для кого не секрет, что Рикки мне невероятно противен, но Блу сказала о нем одну важную вещь. Он предан ей. А в мире, где мы не можем доверять даже собственным родителям, немного преданности от друзей — уже отлично.

Рикки согласен, теперь осталось самое сложное — убедить Саутсайд согласиться.

Молодцы, «Сайпресс Преп»! Наши девочки сегодня были в ударе!

Если вы пропустили игру, то вот вам краткое содержание.

Наша Саутсайдская звездочка определенно сделала эту игру, в одиночку набрав тридцать девять очков. Она была начеку, во всеоружии. Никто бы не смог сказать, что она выкладывается не на полную. Особенно та бедняжка, что получила локтем по ребрам, пытаясь отобрать мяч у чудовища, которого все мы знаем как Новенькую.

Кстати, о чудовищах…

Кто-нибудь еще заметил Секси Зверя? Он смело вошел в зал, наплевав на восседавшего на трибунах Царя Мидаса, разодетого в футболку с номером своей милой девочки. Ах, какая поддержка.

Будь осторожна, Новенькая. Твой бывший и твой нынешний на одних и тех же трибунах? Опасное сочетание. Поневоле задумаешься: зачем же ты до сих пор держишь подле себя Секси Зверя?

Будем надеяться, что причина совершенно невинная, ведь гнев Царя Мидаса будет жестоким и скорым.

Считай, я тебя предупредила.

До скорого, птенчики!

П.

Детектив Робби: Получил документы, которые ты отсканировала и отправила по электронной почте. Большое спасибо. Будь осторожна и помни, что я тебе говорил: не подбирайся слишком близко.

Блу: Принято к сведению. Скоро поговорим.

Я кладу телефон на стол, и мне ужасно хочется вздремнуть. Сегодняшняя игра меня вымотала. Когда я увидела Майка на трибунах после того, как настоятельно попросила его не приходить, пришлось сыграть немного более жестоко, чем обычно. И агрессивнее.

Майк пытался наладить со мной отношения с тех пор, как вернулся. Уже неделя прошла. Но проблема в том, что я не хочу, чтобы он пытался. В те годы, когда я нуждалась в нем как в отце, он предпочел тонуть в выпивке. Теперь, когда я в двух шагах от колледжа, он хочет наверстать упущенное.

Нет уж, спасибо.