Когда мы выходим из таверны через черный вход, я благодарю Слейда за обед.

– Еда здесь намного вкуснее, чем в Рэнхолде.

Лу за моей спиной издает звук отвращения.

– Им должно быть стыдно за то, что они все обливают сиропом. Соль намного лучше сахара.

– А, так вот почему ты со всеми такая грубая. Даже вкусовые рецепторы у тебя отвергают сахар, – говорит Джадд, когда мы выходим на тропинку. Лу пытается подставить ему подножку, но он ловкий и потому перепрыгивает через появившееся препятствие.

Я вдыхаю свежий воздух. Озеро всего в нескольких шагах отсюда, отделенное деревянным причалом и перилами. Вдоль причала привязано множество маленьких лодок, и они слегка покачиваются на воде.

Слейд подходит к стражникам, ждущим у кареты, и вручает им свертки с едой, которую попросил у Барута для них. Мужчины с благодарностью кивают ему, а я поражаюсь тому, насколько здесь все по-другому.

Мидас никогда бы не стал кормить стражников. Это даже не пришло бы ему в голову. Его бы и волновать не стало, ждали ли они часами в здании или торчали на жутком снегопаде. И все же он приобрел репутацию Золотого царя, а имя Слейда несло только гниль и разрушения.

После того как Слейд помогает мне взобраться на Душечку, мы направляемся к рынку, объезжая таверну и снова спускаясь к оживленной дороге. К счастью, она довольно широкая и на ней вполне помещается наша процессия, да стоящие вдоль дороги кареты с лошадьми. Как и в замке Брэкхилл, дороги вымощены черным потертым камнем, а тротуары выложены кирпичом, по которому ходят посетители лавок.

Как и раньше, я стараюсь не падать духом и не натягиваю капюшон. На солнце мои волосы и кожа блестят, потому, когда все устремляют на меня взгляды, становится ясно, что мне никак не скрыться.

Воздух стал тяжелее, а от теплой влажности ладошки у меня потеют даже без перчаток. Но Джадд ведет нас к рынку в доках, и мне в лицо дует свежий ветерок, обдувая прохладой.

Стражники первыми слезают с лошадей, и один из них подходит, чтобы отвести мою лошадь к коновязи^[9]. Как только мы все слезаем с лошадей, люди на рынке останавливаются и, обернувшись, смотрят на нас.

Когда они приветствуют своего короля и капитанов, раздаются крики и возгласы, их окликает владелец почти каждой лавки. Покупатели тоже останавливаются и расступаются, когда мы начинаем идти по тропе. Вдоль всего рынка стоят телеги, а некоторые продают товары прямо с покачивающихся на воде лодок.

Джадд и Лу идут к лавке с оружием, а Дигби остается со мной. Слейда окружает толпа, но люди держатся на почтительном расстоянии, а за ними приглядывают стражники.

Я провожу взглядом по лавкам, смотря, что продается на рынке. Шали и одеяла, сапоги и пряжки, украшения и плащи. Многие лавки рассчитаны на рыбаков: здесь можно приобрести весла с причудливой резьбой, усовершенствованные рыболовные сети и опоры высотой со здание. Товаров и вещей так много, что все отметить невозможно, как и невозможно расслышать все голоса разом.

Но один я все-таки слышу. Этот голос будто прорезает толпу стрелой, натянутой на тетиву и нацеленной прямо на меня, и поражает цель со смертоносной точностью.

– Видишь, кто это? Та, золотая? Ты слышал о ней! Она – позолоченный питомец и любимая наложница царя Мидаса. Та, что украла его силу золотого прикосновения и убила его из ревности.

Я устремляю взгляд налево и вижу мужчин, которые жмутся к стене ларька, в котором продают рыбьи хвосты. Мужчина средних лет вглядывается в меня карими глазами из-под широких полей коричневой шляпы.

– Позолоченная дама!

Я отрываю взгляд от мужчин и вижу женщину, которая машет мне рукой, показывая на свою телегу, где она продает браслеты.

– Позолоченная дама, у меня есть для вас идеальные браслеты!

Я с улыбкой иду к ее ларьку, но меня неотступно преследуют те мужские голоса.

– Я думал, это просто слухи о том, что она золотая, – говорит другой мужчина, и я слышу характерное пыхтение трубки.

– Нет, мой кузен бывал как-то в Хайбелле. Говорит, что видел ее в окне во время одной из публичных казней. Это точно она.

– Как думаешь, что она здесь делает?

Улыбающаяся хозяйка ларька вытаскивает для меня браслет за браслетом, но я не вижу ни одного из них, слишком увлеченная тем разговором мужчин.

– Мидас ведь умер, – говорит мужчина. – Сдается, она уже успела обзавестись новым королем. Ишь, как быстро вцепилась в другого.

– Чертовы бабы, – презрительно хмыкнув, говорит второй. – Всегда готовы вонзить когти в вещь подороже. Прыгают от одного мужчины к другому. Это все, на что они способны.

– Да. Слышал, что она перерезала ему горло, а потом украла его магию. После этого его золотоносная сила вырвалась из-под контроля, охватила весь Рэнхолд и убила сотню человек в замке, а сама девушка сбежала.