Под нами раздался тошнотворный хруст, и Тэйрн выпустил виверну с переломленной шеей, чтобы она упала с последних сотен футов где-то за зданием администрации.

Взяв направо, Тэйрн тяжелыми ударами крыльев начал набирать высоту, но мы бы ни за что не успели подняться выше их. До противника оставалось меньше пятидесяти футов, и, судя по их углу движения, была всего секунда до того, как Тэйрн станет ужином. Я глянула вниз – все чисто – и схватилась за проводник, сделав успокаивающий вдох, чтобы унять грохот сердца и дикую волну адреналина в крови. Контроль. Нужен полный контроль.

Времени хватало только на один разряд. Я выпустила энергию, подняв ее снизу кинжалом, и молния ударила в небо – прямо ближайшей виверне в грудь.

– Да! – вскрикнула я, когда та закувыркалась к земле, но радоваться пришлось недолго, поскольку ее сестрица вместе с темным колдуном ускорилась и раскрыла пасть с гнилыми зубами и зеленым свечением в горле. – Тэйрн!

Предупреждение еще не успело сорваться с языка, когда на горле виверны сплелись тени и дернули ее назад, как бешеного пса на поводке. Ее зубы клацнули в каком-то футе возле крыла Тэйрна, и мы продолжали подниматься.

«Этого хочет убить Сгаэль. Нам придется искать других», – сказал Тэйрн, летя как никогда быстро навстречу падающему дождю.

Я воспользовалась драгоценными секундами, чтобы оценить окружение. Бились все секторы, включая наш. Когда мы воспарили над сражением, я увидела, что в сером рое попадались только проблески цвета, а большинство виверн все еще парило в отдалении, держась на краю грозы.

«Это разведка боем, – объяснил Тэйрн. – Видимо, чтобы нащупать наши слабые места».

Падая нам навстречу, Аотром пробороздил когтями брюхо виверны, и я заметила краем глаза Ридока, когда они пронеслись по спирали мимо, а следом – Имоджен и ее оранжевый кинжалохвост.

«Ридок!» – крикнула я Тэйрну.

«Сосредоточься на своей задаче, иначе плану конец. Доверься другим».

Он полетел прямо в серую гущу дождя, вырвался в небо над ними и там выровнялся.

Он был прав, у нас имелась своя работа, но довериться друзьям – это не значит лишить их своего внимания. Правда ведь? Дождь промочил мои волосы и сбегал по кожаным доспехам, пока я окидывала взглядом поле боя, стараясь вдыхать через нос и выдыхать через рот, чтобы утихомирить сердце.

Это была не куча-мала над Рессоном. А скоординированная оборона, и от меня требовалось исполнять свою роль.

Фэйге схватилась с зеленопламенной… но тут из пасти твари вырвалось голубое пламя… тогда пусть будет синепламенной виверной, и у меня сжалось сердце, когда Ри еле ушла от потока огня, перескочив со спины Фэйге на шею Крута. Квинн схватила ее за руку, а зеленый жалохвост резко вонзил свое орудие убийства в серую тушу.

Я оторвала от них глаза: у этой четверки все схвачено, и я некоторое время могу быть спокойной.

Но у Сойера, в пятидесяти футах ниже, дела обстояли хуже: Слизег бился сразу с тремя вивернами, на одной из которых сидел колдун. Я сжала проводник, наполнила тело очередной волной энергии и подняла руку.

«Не промахнись», – предупредил Тэйрн.

На всякий случай я сосредоточилась на дальней от Слизега виверне, затем выстрелила, притягивая электричество к цели, изо всех сил сохраняя фокус энергии. Энергия прорвалась через меня – и молния ударила из тучи, раскаленная и смертоносная.

Вэйнитель на миг встретился со мной взглядами, после чего спикировал, выпадая из битвы. Мне стало плохо. У него была только одна причина лететь к земле. Подпитаться.

«Ксейден…»

«Понял», – заверил он, и, когда на помощь Слизегу пришли Аотром и Глэйн, я обратила внимание на другие сектора.

«На три часа», – отметил Тэйрн, по нашей договоренности пользуясь циферблатом как обозначением направления, и я посмотрела направо, туда, где виверны прорвали оборону отряда из Третьего крыла. Под ними на склоне лежало тело дракона, но я отвернулась раньше, чем заметила, кого они потеряли.

Если вспоминать о списке погибших, сама в нем и окажусь.

«Держись как можно ровнее».

Я распахнула шлюзы его энергии, когда он накренился вправо, к проблемному сектору, и метнула молнию, чувствуя кожей жар, когда к земле отправилась очередная виверна.

Затем я целилась снова. И снова. Снова и снова я била точными прицельными ударами по секторам вокруг, сбивая две трети мишеней и ни разу не задев дракона, что лично считала своей главной победой. Дождь шипел на коже, но я не смела снимать летную куртку, пока на ней висели кинжалы, поэтому запихнула и жар, и боль в мысленную коробку и захлопнула крышку, заставив разум игнорировать мучительное жжение и бить снова.

«Двенадцать».