– Я знаю, что вы там! – крикнула через дверь Рианнон, и стук перешел в настоящий грохот. – Хватит меня игнорировать, пока это не стало самой неловкой ситуацией в истории Наварры.

– Пять минут, – умоляла я, пока губы Ксейдена скользили вниз по моей шее.

– Сейчас! – потребовал знакомый мужской голос, и Ксейден сделал шаг назад, бормоча под нос проклятья.

Не мог же это быть… Правда? Но если все же мог, мои пальцы оторвались от штанов Ксейдена и быстро застегнули пуговицу на моих, прежде чем я соскочила со стола и бросилась к двери, задержавшись всего на секунду – проверить, что Ксейден тоже одет.

– Разъединяйте ваши части тела, или чем вы там занимаетесь…

Мановением руки я отперла дверь и дернула за ручку, чтобы обнаружить на пороге не только всех второ- и третьекурсников из нашего отряда, но и пару первокурсников, включая Слоун.

И Бреннана.

Забыв о субординации или элементарных приличиях, я бросилась в его объятия, и он поймал меня, крепко прижав к груди.

– Ты прилетел.

– Я уже однажды бросил тебя с Мирой сражаться в одиночку и больше этого не повторю. Я понял, какой дурак, как только вы улетели, но грифоны, сама знаешь, медленней драконов. – На секунду брат стиснул меня еще сильнее, потом отпустил. – Командуй, чем я могу быть полезен.

– Это что, летуны? – Все головы повернулись в конец коридора, туда, где приближалась мать с двумя адъютантами. Она сбилась с шага, уставившись на сына. – Бреннан?

– Я здесь не ради тебя, – бросил он, тут же отвернувшись. – Маттиас вышлет летунов искать маяки. Все равно они быстрее на земле и лучше разбираются в рунах.

– Это да, – согласилась Кэт, небрежно пожав плечами и оглядывая коридор с таким видом, будто искала его уязвимые места. Хотя, наверное, и впрямь искала. – И мы не бросаем наши стаи. Мы будем сражаться.

Может, она мне и не нравилась, но я ее охренительно зауважала. Поиск маяков подарил бы нам драгоценное время, чтобы…

Я схватила Бреннана за руки, когда в моей груди затлела искорка надежды.

– Ты хоть когда-нибудь встречал то, что не можешь восстановить?

– Магия, – ответил он. – Я не могу восстанавливать реликвии. Руны, пожалуй, тоже.

Если бы он справился, нам бы оставалось только продержаться, пока не прибудет Кодаг.

– А камень чар?

Бреннан вскинул брови, и я посмотрела через его плечо на Рианнон:

– Мы должны охранять зал, чтобы он хотя бы попробовал!

Ри кивнула и повернулась к моей матери, все еще пялившейся на Бреннана как на галлюцинацию:

– Генерал Сорренгейл. Второй отряд секции Пламени Четвертого крыла официально просит разрешения охранять воздушное пространство над камнем чар.

Мама не сводила глаз с Бреннана.

– Разрешаю.

Д о рассвета оставался час, когда всадники нашего отряда выстроились на хребте над главным корпусом цитадели Басгиата с драконами позади. Горизонт виделся смутным очертанием, обещанием света, но то и дело скрывался из-за некоего беспорядочного движения – дрожащего облака, растущего с каждой минутой.

В сотнях футах под нами, перед воротами Басгиата, ожидала мать на Аймсире с личным отрядом, куда входили и Мира с Тейном. Она была впереди нас всех – трех детей и места, ради которого она пожертвовала нами и своей собственной душой.

«Они идут», – сказал мне Тэйрн, застыв на месте, пока остальные переминались с лапы на лапу или зарывались когтями в покрытый снегом гранитный щебень на склоне.

Отряды из Третьего и Четвертого крыла стояли выше и ниже нас, но Первое и Второе крыло – половина наших сил теперь, когда мы снова объединились с басгиатскими кадетами, – отправились на край Долины, тогда как наш отряд стерег воздушное пространство над сотней ярдов между главным учебным корпусом и крутым склоном. Мы ждали, охраняя в том числе и замаскированный проход в зал чар под землей, где трудился сейчас Бреннан. Слоун, Аарик и другие первокурсники были с ним под предлогом помощи, хотя Ри отрядила их к Бреннану в основном потому, что хотела уберечь.

«Знаю».

Я бросила взгляд через плечо туда, где между Тэйрном и Сгаэль грызла сбрую Андарна. Она заявилась час назад и наотрез отказывалась уходить.

– Так ты себя чувствовала в Рессоне? – спросила стоявшая справа от меня Рианнон. Ее руки нервно порхали над ножнами кинжалов и меча.

– А как ты себя чувствуешь?

– Так страшно, будто у меня либо откажет сердце, либо я обосрусь на месте, – ответил за подругу Ридок.

– Я хотела сказать «ужасно страшно», но да, и это подходит, – кивнула Рианнон.