— Не дразни меня, Олли … Я не…вынесу. — Каждое слово с трудом вырывалось на свободу.

Олли ухмыльнулся.

Он потянулся за подушкой, сложил ее пополам и приподнял мои ягодицы, подложив ее вниз.

— Не двигайся, — потребовал он и раздвинул мои колени. — Держи их открытыми. Я хочу видеть и пробовать на вкус всю тебя. — Затем, одним точным и требовательным движением языка вверх, его рот накрыл мой клитор. Вибрация его легких стонов только усиливала движения языка. Закусив губу до крови, я вцепилась в матрас, в то время как Олли удерживал меня и одновременно разрывал на части.

Его руки надавили по бокам моей киски, одновременно раздвигая и массируя меня. Мое зрение затуманилось, а каждый мускул в теле напрягся. Его гибкий палец погрузился внутрь, задевая то место, которое, как он знал, подтолкнет меня к краю наслаждения, затем он пососал указательный палец губами.

— Ты такая чертовски вкусная, Мия.

Жар от его комментария прилил к моим щекам, и он улыбнулся. Он провел своим умелым языком по мне, скользнув внутрь, его губы накрыли меня, а большой палец коснулся моего клитора. Это было все, чтобы кончить. Я вскрикнула, когда мой оргазм запульсировал у его рта, пока его руки прижали меня к себе, и я замерла, наслаждаясь своим оргазмом.

После трех нежных поцелуев, Олли встал на колени и медленно направил свой возбужденный член внутрь меня. Его тело изогнулось, а ладони коснулись матраса по обе стороны от меня.

— Боже мой, Мия… — выдохнул он. — Ты все еще кончаешь. Я чувствую, как ты сжимаешься внутри. — Он замер, целуя мою шею, пока его руки блуждали по моей груди и вниз по бокам, а я тихонько всхлипывала. — Черт, я собираюсь кончить от одного лишь твоего продолжающегося оргазма. — Он притянул мою голову к себе и поцеловал в губы. — Тебе было приятно?

— Я… все еще… — Я тяжело дышала, не в силах подобрать слов, поэтому кивнула.

Олли потерся своим носом о мой.

— Ты хочешь, чтобы я остановился?

Закусив дрожащую губу, я покачала головой.

Олли улыбнулся, снова поднимаясь на колени. Он наблюдал, как выскальзывает из меня только для того, чтобы медленно войти обратно. Его кожа напряглась, каждый мускул напрягся на его руках и животе, и он облизнул губы, прежде чем снова вонзиться в меня. Каждая клеточка моего тела была в восторженном исступлении, когда мой взгляд смотрел на его красоту.

Олли проклинал и восхвалял мое имя, одним словом, в то время как мои ноги тряслись, пытаясь удержаться вместе. Вернув свой взгляд к нему, я увидела вечность. Он поднес большой палец к губам, пососал кончик и потер им мой клитор, повторяя круговые движения, продолжая свое мучительное медленное поглаживание, проникая внутрь, прислушиваясь к каждому ощущению. Сначала он двигался медленно, с каждым толчком мы приближались друг к другу все ближе. На его отчаянном лице отражалась борьба желаний — продлить удовольствие, сохраняя медленный темп, и необходимостью быстрее кончить.

Грудь Олли врезалась в мою, когда он упал на меня. Он схватил мою руку, переплел свои пальцы с моими и занес их над моей головой, чтобы удержаться на ногах. Каждый толчок становился все быстрее и требовательнее.

— Детка, я люблю тебя… — сказал он, а затем поцеловал меня, его потное тело скользило по моему с каждым толчком. Его любовь проникла глубоко в мою душу. Я вцепилась в его мокрые волосы и почувствовала вкус соли на его губах, а также вкус огня, льда и меня на его языке, когда мы оба погрузились в потрясающий и сильный оргазм — вместе.

Такая любовь, как эта, не могла существовать только в этой жизни.

Глава 23

“Из моего сердца струился порох,

Проникал в горло, задерживался на языке.

Имея привкус позора и боли,

Каждое сказанное мной слово, выстреливало как из ружья.“

— Оливер Мастерс

Наступило рождественское утро. Солнце еще не взошло, часы над моей дверью показывали только 5:55 утра. Оставалось пять минут, прежде чем автоматические двери откроются. Через десять минут Олли уже будет в душе, полностью голый, как всегда в это время. Самое лучшее в его ранних привычках принимать душ было то, что мы были одни.

Схватив свою одежду, которая представляла собой черные джинсы и футболку Олли с надписью «ЗАНИМАЙТЕСЬ ЛЮБОВЬЮ, А НЕ ВОЙНОЙ» спереди, я прокралась через холл в общую ванную. Я уже начинала думать, что он хипстер, хотя он не согласился бы с этим утверждением.

Как только я добралась до ванной, я увидела густой пар, а затем до меня дошел звук льющейся воды. Зеркала запотели, и я тихонько разложила свои вещи на стойке в ванной, прежде чем открыть занавеску.

Олли отскочил назад.

— Черт возьми, Мия… — Он засмеялся и провел пальцами по волосам и вниз по лицу с яркой, сонной улыбкой.