Он резко поднял на меня взгляд и провел руками по моим бедрам. Я пинком избавилась от ботинок. Он рывком стащил с меня джинсы. Я сняла с него штаны. Сначала он избавился от своей футболки, а потом от моей. Я расстегнула лифчик. Все это случилось так быстро – наконец наши тела слились.

А после мы замедлили темп.

Четко очерченные губы провели по линии моей челюсти, и естество мое заныло, но Олли не спешил. Его возбужденный член прикасался ко мне. Его руки схватили меня за задницу, подтащили к краю. Каждое касание, каждый поцелуя оставались нежными, медленными и долгими. Он путешествовал по моей шее и вниз, к грудям.

Спина изогнулась, когда Олли наконец добрался до моих сосков. Я давно уже была готова, но он всегда не торопился, вкушая каждую частичку меня. Он чуть отодвинул меня назад – спина моя коснулась холодного пианино. Его теплые губы чувственно и жарко коснулись меня внизу, и дыхание мое перехватило. Сердце забилось бесконтрольно, когда руки его добрались до моего естества и начали массировать кожу. Бедра изогнулись, подставляясь его рту – язык провел по моему центру, а потом губы его накрыли мой клитор.

Нежные движения его языка сводили меня с ума и приближали к грани. Я перестала дышать, когда Олли отстранился от меня. Его рука оказалась под моей спиной, и он приподнял меня, притянул к себе. Олли жаждал близости: головка его толстого члена прижалась к моему входу. Я обняла его за шею, и его пальцы добрались до чувствительной кожи, провели по руке, по боку, а потом сжали бедро.

Наши взгляды встретились, и в эту секунду Олли вошел в меня.

Губы нашли друг друга лишь после того, как соединились наши тела. Язык Олли скользнул внутрь: целовался он не спеша, медленно, почти мучительно двигаясь внутри меня и прижимая большой палец к моему клитору.

Олли распадался на части. Я тоже. Но мы, по крайней мере, делали это вместе.

Падали. Быстро.

– Я люблю тебя, – раздалось где-то посреди поцелуя, и рука Олли зарылась мне в волосы, наверняка чтобы не дать мне растечься лужицей. – Всепоглощающая, безвременная, бескорыстная любовь моя. Я любил тебя в свой самый темный час, когда не был собой, и я буду любить тебя в каждой жизни после того.

Тело мое отчаянно задрожало от такой честности – Олли никогда не сдерживался, он всегда был открыт, даже в таком состоянии.

– Олли… – начала я.

– Я знаю, Мия, – он остановил меня, не в силах принять ответ. – Я знаю.

И наши рты снова слились воедино, и его член пульсировал среди моих стен. Его ладони оказались на моих бедрах, а пальцы вцепились в кожу, он тоже приближался к пику. Я обвила его ногами, пока он входил все глубже и глубже. Стенки мои сжимались вокруг него, и я готова была сорваться с края – идеальный экстаз, рвущийся наружу.

Я добралась до пика, и только после он последовал за мной, не прерывая поцелуя. Тела наши скользили вместе, сердца пылали. Олли добрался до того священного чувства, и по его щеке прокатилась одинокая слеза.

– Выходи за меня, Мия, – выдавил он, бездыханный. – Я все распланировал, но почему бы не спросить сейчас? Посмотри на нас только! Обнажены и соединены воедино. Скованы друг с другом. Вернувшиеся с волны экстаза после занятия любовью. Черт подери, нет, я все еще не вернулся и поверить не могу, что вообще способен сейчас говорить… черт… выходи за меня.

– Да.

– Я был уверен с тех пор, как сердце мое нашло твое сердце. Я представлял этот момент идеальным. Но он такой и есть…

– Олли, – из меня вырвался смешок. – Я сказала «да».

– Да?

Я кивнула.

Он схватил меня за голову и подтащил поближе для еще одного поцелуя. Мы не могли перестать улыбаться.

– Мия, меня буквально трясет, – выдохнул Олли сквозь смех и приложил мою руку к своему сердцу. – Черт. Не могу представить человека счастливее, чем я. Каким сделала меня ты. Только что.

Он тяжело и рвано выдохнул.

В воскресенье утром я проснулась с улыбкой рядом с Олли. Он убедил Итана в том, чтобы тот не выдворял его из моей комнаты, и я с радостью и облегчением поняла, что больше никогда не проснусь от кошмара одна.

Надеюсь.

Но если я что и поняла, так что это то, что все, что угодно, может измениться по щелчку пальца…

– Не нужно тебе в душ, – хрипло простонал Олли, не открывая глаз. – Ты пахнешь восхитительно.

Из меня вырвался тихий смешок.

– Тебе необязательно со мной ходить. Я справлюсь. Спи, я скоро вернусь.

Солнце еще не поднялось: я собрала свои вещи в полнейшей темноте. Он знал, что я предпочитаю принимать душ по утрам, и чаще всего ходил со мной. Но мы праздновали всю ночь напролет, и он устал – спали мы не очень много.

Коридор встретил меня пустотой. Должно быть, у Итана выходной. Я прошла по темному коридору к душевой и бездумно добралась до кабинки. Включила свет, повернула кран и уставилась на свое отражение в зеркале. Изменилась ли я?