Интересно, осознает ли Бьянка, насколько она права? Она могла бы приставить пистолет к моему виску и нажать на курок, а я бы и пальцем не пошевелил, чтобы остановить ее. Пока я смотрю, она наклоняется и облизывает головку моего члена, и мне требуется огромное самообладание, чтобы не кончить в этот же момент. Еще раз облизнув, она обводит языком, а затем медленно берет его в рот. Я глубоко вдыхаю и хватаю ее за косу, которая упала ей на плечо.

Держа конец косы между пальцами, я обматываю ее вокруг руки, потом еще… и еще, пока не дохожу до ее затылка. Затем я тяну за нее, пока Бьянка с хлопком не выпускает меня изо рта и не поднимает глаза. Я крепче сжимаю ее волосы и наблюдаю, как она выгибает свою нежную шею. Она кажется такой хрупкой, но это неважно. Больше никто и пальцем не посмеет ее тронуть, потому что теперь у нее есть ее собственный зверь, который присматривает за ней. Положив свободную руку на ее хрупкую шею, я провожу большим пальцем по линии ее подбородка.

– Я хочу почувствовать себя внутри тебя, детка, – говорю я и слегка сжимаю ее волосы, – прямо сейчас.

Бьянка улыбается, запускает руку под юбку, и в следующее мгновение раздается звук рвущейся ткани. Она убирает руку, и в ней оказываются испорченные кружевные трусики, которые она отбрасывает в сторону. Я держу руку в ее волосах, когда она опускается на меня и начинает скакать, все еще одетая в свою шелковую блузку и модную юбку.

Тихий звук, отдалено напоминающий крик, срывается с ее губ, и я теряю над собой контроль. Я отпускаю ее волосы и, обхватив за талию, насаживаю на себя. Ее руки сжимают мои плечи, а когда я вхожу в нее снизу, она часто и тяжело дышит. Бьянка не сводит с меня глаз, пока ее тело содрогается от второго, еще более сильного оргазма, и мое семя извергается в нее. Это самое прекрасное зрелище, которое я когда-либо видел.

– Впервые за всю мою жизнь я опоздаю на встречу с Романом. – Я смотрю вниз на Бьянку, которая застегивает мою рубашку. – Ты меня развра-щаешь.

Она просто пожимает плечами и заканчивает застегивать последнюю пуговицу.

– Ты пришел на кухню без рубашки. Чего ты ожидал?

Уж точно не того, что она набросится на меня таким образом.

– Возможно, я вообще перестану носить рубашки дома, если каждый раз смогу ожидать подобной реакции.

– Так и сделай. И мы увидим.

– Заметано. – Я наклоняюсь и целую ее. – Мне нужно идти. Я вернусь не раньше утра.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но останавливаюсь, услышав, как она произносит мое имя. Каждый раз, когда она так делает, у меня щемит в груди, потому что я знаю, что это причиняет ей боль, но она продолжает это делать, что бы я ни говорил.

– Будь осторожен.

– Буду. – Я целую ее в лоб. – Напиши мне, когда Лена вернется из садика.

Она кивает, кладет руку мне на грудь и кончиком пальца вырисовывает форму сердца.

– Я тоже тебя люблю, детка. – Я беру ее лицо в свои ладони и трусь своим носом о ее. – Ты не представляешь, как сильно.

У нас ушло шесть часов на то, чтобы все организовать и расставить всех людей по своим местам. Дмитрий, Юрий и трое солдат ждут на одной стоянке, а Денис, Иван и Костя с еще двумя солдатами – на другой. Мы не знаем, в каком из двух мест водитель Бруно решит остановиться на ночь, поэтому вынуждены были разделиться, что нас ослабило.

Павлу пришлось остаться, чтобы присматривать за клубами, а поскольку Антон все еще находится в больнице, я взял с собой Сергея в качестве запасного варианта для отслеживания грузовика.

Когда Сергей на задании, это всегда означает, что того и гляди случится катастрофа. В прошлом году его отстранили от полевых работ после того, как он взорвал весь ирландский склад, оставив после себя только пепел. Я понятия не имею, о чем думал Роман, когда отправлял его на задание несколько месяцев назад, когда мы сражались с итальянцами. Этот человек – чертова бомба замедленного действия. Если бы я не знал, то никогда бы не догадался, что они сводные братья.

Никто, кроме Романа и Максима, не знает, чем занимался Сергей до того, как пришел в Братву, но у меня есть подозрения. Каждый в нашем кругу должен уметь обращаться с пистолетом и винтовкой. Сергей владеет всеми видами оружия, с которыми когда-либо сталкивался: снайперской винтовкой, ручным пулеметом и даже гранатометами. Он также спец по всем видам взрывчатых веществ – самодельных и профессиональных. Обученный военными – машина для убийств, возможно, из спецназовцев.

– Не забудь, о чем мы договаривались, – говорю я. – Ребята займутся водителем. Ты заминируешь грузовик и подождешь, пока я вытащу девушку. Не отклоняйся от плана. И не взорви этот чертов грузовик, пока я еще внутри, Сергей.

– Ты сегодня какой-то нервный.

– Я хочу покончить с этим как можно быстрее. Меня дома ждет жена, и она хочет, чтобы я вернулся целым и невредимым.

– До сих пор не могу поверить, что ты женат.

– Что ж, может, и тебе стоит попробовать.

Он несколько мгновений смотрит на дорогу переднами, прежде чем ответить.

– Я уже пробовал. Ничем хорошим это не закончилось.

Вот это да. Я понятия не имел, что Сергей был женат.

– Что случилось?

– Я убил ее. – Он откидывается на спинку сиденья и закуривает. – Сразу после того, как она попыталась перерезать мне горло.

– Черт, Сергей.