Раздается нарастающий звук двигателя, рокочущего тише, чем у мотоцикла, и через несколько секунд справа от меня припарковывается элегантный черный седан. Похоже, приехала моя нянька. После того как я облажался по полной с Шевченко, Роман приказал, чтобы на встречи со мной всегда ходил кто-нибудь из его парней, чтобы убедиться, что я хорошо себя веду. Сегодня очередь Павла.

Дверь со стороны водителя открывается, и он выходит. Я смотрю на него несколько секунд, а затем разражаюсь смехом:

– Ты что, издеваешься надо мной?

– Что-то не так? – спрашивает Павел и с отвращением оглядывается по сторонам.

– Что-то не так? – Я указываю рукой в его сторону. – Никто не приходит в мотоклуб в гребаном костюме-тройке. Они подумают, что мы сраные копы.

– Оу, и что же мне следовало надеть на эту встречу?

– Джинсы, Паша. Ты ведь знаешь, что это такое, не так ли? – Не думаю, что я когда-либо видел Павла в чем-то, кроме костюма.

– У меня нет джинсов. – Он опускает взгляд на свои золотые Ролексы и кивает в сторону бара. – Давай уже покончим с этим.

У него нет джинсов. Я качаю головой и слезаю с мотоцикла. Мы с Павлом ровесники, но мне кажется, что ему за пятьдесят.

– Тебе следовало стать банкиром, – фыркаю я.

Как только мы заходим внутрь, все головы поворачиваются в нашу сторону. На пару секунд воцаряется полная тишина, затем комнату наполняет взрыв смеха.

– Приятель, ты местом ошибся! – кричит кто-то. – Бридж-клуб дальше по улице.

Новый взрыв хохота сопровождает нас, пока мы идем к столу, за которым сидит президент мотоклуба. Женщина стоит на коленях между его ног, обхватив ртом член.

– Дрейк. – Я киваю и сажусь напротив него. – Роман сказал, что ты хочешь обсудить сотрудничество.

Он прогоняет девушку, поправляет одежду и оценивающе смотрит на Павла, который садится рядом со мной. За барной стойкой сидят семь членов клуба и группа полураздетых женщин, которые смотрят в нашу сторону и хихикают. Павел игнорирует их, откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди.

– Я не собираюсь ни хрена обсуждать, пока тут сидит эта принцесска. – Дрейк кивает в сторону Павла. – Я думал, что ты серьезный парень, Белов.

– Оу, не позволяй костюму одурачить тебя, Дрейк. Держу пари, что принцесска, – смеюсь я, – может искалечить любого из твоих парней.

– Сергей, – серьезным тоном говорит Павел.

– Что? Это же правда.

– Мы пришли побеседовать, а не в игры играть, – ворчит он.

– Оу, этот последний трус не хочет играть, – заливается смехом Дрейк, затем поворачивается к остальным. – Этот достопочтенный джентльмен только что объявил, что может одолеть любого из вас, – кричит он, указывая большим пальцем на Павла, и зал взрывается смехом.

Павел качает головой, поднимает руку и давит на виски.

– Ты ведешь себя как девятилетний пацан, Сергей.

– Ты что, снова наябедничаешь на меня папочке Роману?

– Ты зарезал нашего покупателя в моем клубе за два часа до открытия. Он бы и так узнал.

– Что ж, похоже, на этот раз звонить пахану придется уже мне. – Я улыбаюсь и киваю в центр комнаты, где, уперев руки в бока, стоит один из байкеров.

– Эй, красавчик! – кричит байкер.

Павел игнорирует его и поворачивается к президенту клуба.

– Можем ли мы обсудить то, ради чего сюда пришли? У меня много дел.

– Вы принимаете в Братву слабаков, Белов? – огрызается Дрейк, затем наклоняется через стол прямо к лицу Павла. – Мы не ведем дела с гребаными трусами. Сказал – докажи!

Павел поворачивает голову в мою сторону, бросает на меня раздраженный взгляд, затем встает и разворачивается к лысому байкеру, стоящему посреди комнаты. Парню за двадцать пять, он под два метра ростом и примерно килограмм на тридцать тяжелее Павла. Я ухмыляюсь, беру со стола миску с арахисом и откидываюсь на спинку стула. Это будет весело.

Очередной взрыв истерического смеха прокатывается по залу, когда Павел снимает часы и начинает методично расстегивать пиджак. Однако, когда он вешает его на спинку стула и разглаживает складки на плечах, толпа сходит с ума. Они даже начинают болеть за него.

Павел подходит к байкеру и останавливается в двух шагах от него. Они представляют собой впечатляющее зрелище: байкер – в джинсах, с лысой головой и кожаным жилетом поверх покрытой татуировками груди; и Павел – с зачесанными назад волосами, в идеально выглаженной белой рубашке и черном жилете.

Дрейк смеется:

– Надеюсь, твой пахан не сильно разозлится, если этот помрет.

– Вовсе нет. – Я бросаю арахис в рот. – Но он говорит, что такая хрень вредит делам. – Я беру еще горсть орешков и кричу: – Паша! Постарайся не убить его. Папочка рассердится.

Байкер выбирает этот момент, чтобы замахнуться кулаком. Лицо излучает уверенность. Он явно думает, что уложит Павла одним ударом. Павел пригибается. Растерянный взгляд байкера бесценен. Павел бьет его в живот, и здоровяк отшатывается назад. Я громко смеюсь. Байкер все еще пытается сориентироваться, когда Павел наносит идеальный удар ногой с разворота. Каблук туфли Павла за тысячу долларов попадает в висок громилы. Парень без сознания падает на пол.