— Понятия не имею, — бормочу я, отправляя в рот очередную порцию свиной отбивной. — Особенно теперь, когда за мной повсюду тащится группа телохранителей. — Говоря с набитым ртом, я чувствую себя настоящей свиньёй, но мне плевать. Я была чертовски голодна, когда сегодня появилась у Драго. — Боже, как мне не хватает кухни Кевы. Думаешь, в холодильнике ещё есть остатки, которые я могу забрать с собой?

— Эм… конечно. Ты же знаешь, их обычно полно. Но ты уверена, что у тебя будет для них место? Как тебе вообще готовка Артуро? Дай-ка шпильку.

— Не пробовала. Это принципиально. Я не буду есть ничего, что он приготовит, — говорю я, протягивая ей крошечную U-образную проволочку. Слова ещё не успели слететь с губ, как я вздрагиваю от того, что металлические кончики впиваются мне в череп. — Господи, Сиенна.

— Ладно, справедливо. Но я не привыкла играть в парикмахера в столовой. Пошли наверх. Там освещение намного лучше.

— Нельзя! Мы пьем чай, а неписаное сербское правило гласит, что все сплетни должны обсуждаться в столовой.

— Почему-у-у?

— Не знаю. Так принято. — Я пожимаю плечами как раз в тот момент, когда Сиенна дёргает очередную прядь так сильно, что кажется, будто она её вырвет. Ай!

— Знаешь, я очень надеялась, что эта вражда между тобой и Артуро утихнет.

— В ближайшее время этого не случится, — отрезаю я. Мой тон суров, но в глубине души чувствую, что моя решимость пошатнулась. Артуро не стал добиваться объяснений моего поведения прошлой ночью. Он также не назвал меня истеричной психопаткой, чего я, в общем-то, ожидала. Он просто… обнимал меня. И это было чертовски приятно.

— Ты могла бы передумать, если бы попробовала его тушёную баранину. Что ты вообще ешь? Просто заказываешь доставку? — спрашивает Сиенна, втыкая ещё шпильки в массивный пучок на макушке. — Я знаю, Грета ужасно готовит. Возможно, даже хуже тебя.

— Я совмещала: и заказывала, и терпела некоторые её блюда. До сегодняшнего утра. Видишь ли, твой брат запретил всю доставку еды в дом и отдал Грете прямой приказ больше для меня не готовить. Думаю, так он делает ответный ход. Я могу либо есть то, что он готовит, либо голодать. — Глубоко вздохнув, продолжаю: — Вижу в своём будущем много бутербродов, хлопьев и доширака. Только подумай — одна неделя позади, осталась пятьдесят одна. Ура, мне.

— Ради всего святого! Вы двое невероятны. — Она качает головой. — Но… почему бы тебе просто не…

— Приготовить что-нибудь самой? — Поднимаю бровь. — Сиенна… Газовая плита. Помнишь?

— Оу.

— Да. Оу, — вздыхаю я. — У меня по спине бегут мурашки, когда я смотрю на эту штуку. — После прошлой ночи, думаю, я буду просто держаться подальше от кухни. По крайней мере, в обозримом будущем.

— Я объясню это Артуро. Он заменит её на электрическую.

— Ты не скажешь ему ни слова. Это мои личные проблемы, и я не хочу, чтобы о них знали все. Особенно твой брат. — Больше, чем уже знает.

— Тара…

— Мы почти закончили? — перебиваю я.

— Да, всё готово. Осталось только закрепить лаком. Закрой глаза.

— Не забудь про перья, — говорю я, пока мелкая взвесь оседает на мне со всех сторон. Сиенна, кажется, решила использовать на моей голове целую бутылку.

— Ладно, но только не растеряй их. — Мой череп снова пронзает укол, когда она втыкает павлинье перо в массу моих волос. — Они мои любимые.

— Буду иметь в виду.

Когда Сиенна отходит, я беру со стола ручное зеркальце и подношу его к лицу. Она проделала потрясающую работу. Мои волосы выглядят почти так же, как на картинке, которую я ей показала.

— Потрясающе. Думаешь, продержится всю ночь?

— Абсолютно. Куда, чёрт возьми, ты идёшь, на маскарад что ли? — щебечет она, поправляя один из локонов у меня за ухом. — Понятия не имела, что Артуро увлекается подобным.

Я улыбаюсь.

Артуро

Я скрещиваю руки на груди, наблюдая, как мои сестры ёрзают на стульях по другую сторону стола.

— Так. Давайте послушаем.

— Послушаем что? — щебечет Сьенна.

— Этот «срочный» вопрос, который нужно обсудить. Лично. Немедленно. И который не может ждать ни секунды дольше.

— А мы не можем просто захотеть выпить кофе с дорогим братцем, потому что соскучились?

— Сегодня вторая суббота месяца. А значит, твой любимый обувной магазин проводит распродажу со скидкой пятьдесят процентов, которая начинается… — я смотрю на часы, — как раз сейчас. Не похоже, что ты готова пропустить её ради кофе со мной.

— Я люблю тебя больше, чем красивые туфли со скидкой!

— Угу. А ты, Ася, просто так решила спонтанно махнуть в Нью-Йорк, чтобы присоединиться к нам за дорогущим напитком?

— Самолёт пахана всегда наготове, а Паше и мне приглянулась идея быстрой поездки. В этой закусочной лучшие сэндвичи с пастрами и ржаным хлебом, — бормочет Ася.

— Гм. — Я упираюсь ладонями в стол и наклоняюсь вперёд. — Ты беременна, Ася?