- Ты, наверное, думаешь, как я появился и там и тут? – учтиво подкидывает вопрос, а я уже не желаю слышать на него ответ. – Ты была так сильно возбуждена и занята удовлетворением себя перед ним… То есть мной на камеру, что даже не заметила, как изображение на экране уже несколько минут стоит на стоп-кадре…

- Нет… Как ты мог…

61. Глава 61. Янис

Я не хотел делать ей больно. Зная каждый её шрамик, каждую трещину, каждую царапину на душе и теле, я никогда не должен был причинить ей боль, но, тем не менее, сделал это. И буду себя ненавидеть до конца своих проклятых дней, впрочем, как и она…

Двадцать лет назад…

Жажда мучает такая, что невозможно дышать и думать. Раскаленная лава жжет горло, сжирает пищевод, поднимает температуру в теле до неимоверного градуса, хотя снаружи я холоден, словно труп. Я отчетливо понимаю, что произошло. Она сделала меня такой же проклятой пиявкой, и пути назад нет. Мне остается либо смириться со своей участью, либо покончить с этим самому.

Сидя где-то в глубине леса, весь в грязи, прошибаемый лихорадкой, достаю из-за пояса небольшой крючковатый серебряный клинок, сверкающий в лунном свете белым отблеском, и несколько долгих секунд бездумно гляжу на его острие. Мне жаль, что моя жизнь, которая должна была принести жителям деревни столько пользы, вот так глупо оборвется. Но если я этого не сделаю, бед от меня будет больше. Их обязательно кто-то защитит. И пусть я не оставил за собой потомства, из которого можно было бы вырастить достойных новых жрецов, я искренне надеюсь на то, что найдется чудо, которое спасет народ от этой напасти, от тварей, заполонивших наш дом.

Заношу клинок повыше, не отводя от него безумного взгляда, глядя прямо в глаза смерти, которую несу себе сам, и намечаю размах прямо в сердце.

- Тише-тише, - ядовитое шипение змеи доводит до безумия.

Скрежет моих зубов слышен, кажется, на сотни метров. Пытаюсь завершить начатое, но понимаю, что мою руку удерживают мертвой хваткой, не давая пошевелиться.

- Уйди, мразь, - хриплю пересохшим горлом, глядя в её пустые, как высушенный колодец, глаза.

- Ты чего задумал, жрец? Так глупо оборвать свое существование, которое теперь может стать для тебя грандиозным? Ты мне нужен, котик, - опускается рядом на колени, осторожно вынимая из моей дрожащей руки нож.

- Ненавижу тебя, сука, - выплевываю прямо к лицо этой рыжей мрази, надеясь, что мои проклятия возымеют должный эффект. След от её проклятых зубов на моей шее начинает гореть и печь синим пламенем, словно заживо выжигая на плоти клеймо.

- Ой, это временно, - игриво хихикает и легко проводит по тонкой коже на своем белом запястье острым лезвием, где тут же рисуется багровая дорожка густой крови. – Ты мне нужен, котик. Давай, не глупить? – мило хлопает ресницами, а мне хочется выхватить у неё клинок и воткнуть прямо в горло, но пряный аромат гутой крови уже дурманит разум и изгоняет из меня мою сущность, оставляя место только инстинктам бездушной твари…

…. Её звали Марта. Она стала моей первой жертвой. Нет, жрать людей я себе позволить так и не смог. Питался, как цепной пёс только гнилой кровью рыжей суки, но без неё было совсем тяжко. Марта стала первой, кого я собственноручно притащил на верную погибель похотливому прожорливому водяному…

Нежная хрупкая девушка с боевым характером, белоснежными длинными волосами, забавными веснушками на носу и чистыми, словно дорогое серебро, глазами. До сих пор помню, как отчаянно она меня лупила по спине, оставляя на ней синяки, пока я тащил её к озеру. Скинул с себя брыкающуюся девушку и плотно начал обвязывать веревкой девичье тело, приковывая его к березе.

- Что же ты творишь, - рыдала Марта, глядя сквозь плотную пелену слез на меня своими пронзительными очами. – Ты ведь не такой, я вижу.

- Твой компас сломался, ведьма. Я именно такой, - бездушно усмехаюсь, завязывая последний прочный узел в районе её запястий.

- Нет, пожалуйста, отпусти, - кричала навзрыд, пока где-то в недрах моего тела отчаянно пытался вырваться на свободу жрец и человек, давший когда-то клятву помогать людям. Он скоро умрет. Его вырежет с корнем та тварь, в которую меня превратила Варвара.

- Спокойной ночи, ведьма, - безразлично ухмыляюсь и разворачиваюсь на пятках.

- Идиот ты! – восклицает в сердцах, переходя на нечеловеческий рык. – Лучше бы прикончил себя, смелости не хватило?! Теперь поплатишься за это! Мать твоя от горя умирает, ей осталось пару дней! Отца твоего мавки утащили, ты знал?! – злорадно хохочет, но я понимаю, что это отголоски отчаяния и боли. Она хочет до меня достучаться, и у неё на мгновение это получилось.

Поворачиваю голову и несколько раз моргаю, пытаясь справиться с, обрушившейся на меня внезапно, испепеляющей болью.