– Вот уж нет, – перебивает он меня, вытаскивает на середину комнаты и обходит кругом, рассматривая. – Удивительно, – бормочет Андерсон, останавливаясь. – В тебе же буквально нет ничего особенного. Ты тощая. Невзрачная. Но он словно помешался на тебе.

Мне хочется огрызнуться, однако я молчу. Ладно, я худая, согласна. Но «невзрачная»? Серьёзно? Что не так с этим мужиком?

– К чему этот осмотр? – холодно интересуюсь я.

– Просто хотел убедиться, что мой эксперимент удался, – Лео взмахивает рукой.

– Убедился?

– Более чем. Кристофер явно повёлся не на внешность. А я думал, что моё творение окажется более изысканным.

Я фыркаю, и он усмехается.

– Ты не удивлена, не спрашиваешь, что я имею в виду. Значит, ты в курсе, кто ты такая.

– Элеонора соизволила рассказать.

– Ах. Сочувствую.

Сочувствует он, как же. Ему явно доставляет удовольствие трепать мне нервы.

Вздохнув, я прошу его:

– Не говори Кристоферу, что я всё знаю.

– Почему это? – ощетинивается он. – С какой стати я должен от него что-то скрывать?

– То есть ты хочешь, чтобы Кристофер волновался ещё и об этом? А если он разозлится и поедет разбираться с Элеонорой? Ты готов взять на себя ответственность за последствия?

– Хм… – Андерсон потирает подбородок. – Ладно, ты права. Не стоит ему знать.

На его лице появляется мерзкая улыбочка, и Лео язвительно произносит, меняя тему:

– Хочешь спросить, заложил ли я в тебя какие-нибудь таланты?

Не дождавшись от меня ответа, он самодовольно продолжает:

– Ну разумеется. Людям свойственно любопытство. И я утолю твоё. Ты создавалась как идеальная пара для него. Само собой, у тебя должны были быть хорошие природные данные, чтобы ты смогла привлечь его внимание, блистая на сцене. Или где вы там ногами дрыгаете.

Смеряю его презрительным взглядом и отчеканиваю:

– Где Кристофер?

– Здесь, – сухо отвечает Лео, и его взгляд загорается недобрым огнём. – Но зачем ты интересуешься? Неужели хочешь ему помочь?

– А я могу?

– О да, ты можешь, – Андерсон издаёт издевательский смешок. – Например, исчезнуть. Или больше не создавать проблем. Хотя для тебя это нереально. Ты сама – ходячая проблема. Так что можешь просто пойти к нему и раздвинуть ноги. Только это его сейчас успокоит. Может быть, после он даже заснёт.

За всеми этими оскорблениями Андерсон неумело прячет… даже не злость, нет. Лютую ярость. И гнев его направлен на меня.

Почему я не нравлюсь такому огромному количеству людей? Может, причина в том, что я выращена в лаборатории? Вдруг окружающие чувствуют, что со мной что-то не так? Но Лео же сам меня создал. Так откуда в нём столько агрессии в мою сторону?

– Чем чревато превышение дозировки? – осторожно задаю я вопрос и на всякий случай отступаю на шаг.

– Ха! Она ещё спрашивает! Ты хоть знаешь, что с ним творилось на острове после вашего побега? Нет, конечно, ты не знаешь! Ты просто выстрелила в него и сбежала! – Андерсон всплёскивает руками, и я отхожу от него ещё на один шаг. – А кто его выхаживал, а?

«Видимо ты, раз так орёшь», – мысленно отвечаю я, но продолжаю молчать.

– Сыворотка усиливает физические и умственные способности, но ещё она обостряет чувства. Эмоции, Лили, – Андерсон качает головой. – Восприятие. Реакции. Если не превышать дозировку, то человек может подавлять ненужные эффекты, оставляя лишь желаемые. Но стоит её превысить, мозг не справляется. Представь, что ты злишься, и умножь это на сто. Представь, что любишь кого-то – и умножь на сто. Представь, что кто-то тебя предал, – и умножь, чёрт подери, на сто! Ему не пуля мозги вышибла, а твой поступок. И дело не в том, что ты выстрелила в него, нет. А в том, что не поверила ему.

Я шумно выдыхаю, чувствуя, как леденеют пальцы на руках.

Кажется, теперь я понимаю причину его недовольства мной. Лео действительно переживает за Кристофера. Видимо, он стал одержим им после введения ND-2.

И если Андерсон ставит безопасность Хейза в приоритет, то сейчас думает, что я – угроза.

– Это мой промах. Я не смог создать идеальный препарат, превращающий человека в бога, – он усмехается. – Но нам и не дано быть богами, верно? За такую силу нужно платить. Наше тело, – Лео поднимает руки и смотрит на свои ладони, – слишком слабое, чтобы вынести настолько мощные перегрузки. Откуда, ты думаешь, организм черпает эту силу? Из своих же резервов. Ни один препарат на свете не сможет дать нам то, что изначально в нас не заложено. Кристофер создан в лаборатории, его сделали сильнее, выносливее и умнее обычных людей. Но и у него есть предел. ND-1 его уничтожит. Необязательно физически. Возможно, Кристофер просто сойдёт с ума. А ради тебя он снова…

Андерсон всхлипывает, больше не скрывая сильного беспокойства за Кристофера.

– Но ты ведь… – я запинаюсь, сглатывая подступивший к горлу ком. – Ты говорил, что препарат безопасен.