– Всё в порядке, Лика, – Алекс переплёл наши пальцы. – Ответь ему.

– Мне очень жаль, что я так сглупила. Не стоило поддаваться на их провокации и угрозы. Я просто испугалась, поэтому и расписалась на той бумажке.

Стоило произнести это, все шестеро мужчин напряглись. Алекс в том числе. Он так сильно сжал мою руку, что я еле смогла сдержать шипение.

– Чьи угрозы? – вкрадчиво спросил Влад, подавшись вперёд.

Его неожиданная мягкость была не чем иным, как угрозой. Я прекрасно это понимала. Следовало подбирать слова очень аккуратно. И ещё я знала, что потом мне влетит от Алекса. Но рискнуть стоило.

– Полицейских.

– Они угрожали тебе?

– Сказали, что у Кира будут проблемы, если я не поставлю свою подпись. Понимаете, у меня болела мама. Только мой брат мог обеспечивать ей должный уход. Если бы его посадили, я бы не… – я запнулась, делая вид, что сейчас расплачусь. – Не вытянула бы одна.

– Но теперь ты одна, – Влад прищурился. – Ни брата. Ни мамы. Ни сестры.

– Всё верно. Но я не одна. Я с ними.

Я перевела взгляд на Алекса, затем вернула своё внимание Владу.

– Всё началось не очень хорошо. Эти парни устроили мне взбучку, когда узнали, что я дала показания. Но только поэтому я жива. Меня не было дома, когда произошла утечка газа. Сначала парни решили преподать мне урок хороших манер, а потом захотели со мной поиграть. Ну… – я закусила нижнюю губу. – Вы понимаете, о чём я, да? Видимо, им понравилось, раз они не прогнали меня. Я благодарна им и хочу загладить вину. Мне правда повезло. Многие девушки хотели бы оказаться на моём месте. Но парни выбрали меня, и я этому рада. Они такие… нууу… Вы понимаете, о чём я, да?

Влад усмехнулся и вновь откинулся на спинку дивана, внимательно меня изучая. Прошло несколько мучительно долгих минут, прежде чем он насмешливо спросил:

– Утечка, значит?

– Так сказали пожарные.

– Дом был застрахован?

Я покачала головой.

– Досадно. Что ж, Анже́лика. Парни за тебя поручились. Но имей в виду, мы будем присматривать за тобой.

Сказав это, он потерял ко мне всякий интерес, и я облегчённо выдохнула. Они с Алексом перекинулись парой фраз о каком-то завтрашнем деле, затем встали, пожали друг другу руки, и все пять Харонов покинули ложу.

– И всё? – спросила я полушёпотом. – Так просто?

– Заткнись, – отрезал Алекс. Он был очень зол. – Сейчас принесут еду. Мы поужинаем. Спокойно и без спешки. Поговорим потом. Сиди здесь. Скоро вернусь.

И он тоже вышел, оставив меня в одиночестве.

Несколько раз я глубоко вздохнула. Сжала и разжала кулаки. Зажмурилась. Досчитала до десяти и открыла глаза. Не помогало. Меня била крупная дрожь, руки тряслись, а на лбу выступила испарина.

Пятеро из тех, кто ответственен за гибель моей семьи, были здесь, а я ничего не могла сделать. Лишь смиренно блеяла и строила из себя дурочку.

Ничего. Рано или поздно они получат по заслугам. Я позабочусь об этом, чего бы мне это ни стоило.

Официантка принесла заказ, и я жадно набросилась на еду, чтобы хоть чем-то себя занять. Когда Алекс вернулся, то не сказал мне ни слова. Просто по-хозяйски положил руку на моё бедро и держал её там всё время, пока мы не покинули ложу. До машины тоже шли в молчании. И лишь когда выехали с территории Харонов, Алекс мрачно поинтересовался:

– Что это было?

– Небольшая импровизация.

– Эти полицейские сидят на зарплате у Харонов.

– Возможно, скоро это изменится.

– Говоришь так, будто Влад тебе поверил.

– Моё слово против их, так ведь? Но кто сказал, что Хароны доверяют своим шестёркам? Я просто подкинула ещё немного сомнений.

– Ты… – он запнулся. – Было глупо так рисковать.

– Но всё прошло нормально, разве нет? Может, он и не поверил мне, но скосить под тупую овцу у меня получилось. Мужчины не воспринимают таких женщин всерьёз. Дуры не опасны. Они просто глупые и пугливые. Ими легко манипулировать. Поэтому, даже если он не поверил в мою версию, то точно поверил в то, что вы сможете меня контролировать. Я ведь влюблена в вас, мальчики. Так он теперь думает.

Алекс лишь хмыкнул.

– И какова цена, Алекс? За мою жизнь и свободу. Какова цена?

– Двадцать процентов.

– Что?

– Мы будем отдавать Харонам двадцать процентов от своего дохода. И выполнять кое-какие поручения.

– Значит, столько я стою?

– Поверь, детка, это много.

И вновь повисло молчание. Алекс пребывал в плохом настроении. Мягко говоря. Ну да, я не предупредила его, что собираюсь приврать насчёт того, почему дала показания. Но в итоге-то всё прошло нормально. Разве нет? Или он злится не поэтому?

– Хочешь поговорить о том, что произошло? – спросила я минут через десять. – Я имею в виду… между нами.

– Мы просто играли на камеру.

– Да неужели? Если бы нас не прервали, ты поимел бы меня прямо там. Тебе было наплевать на то, что они смотрят, Алекс. Ты не играл.