— Плати, сука. — Рук протягивает руку Тэтчеру, который лезет в брюки, перебирает хрустящие стодолларовые купюры и кладет их на ладонь.

— Жаль, что он не промахнулся. Я надеялся увидеть немного крови.

— Конечно, ты ждал, Дракула, — говорит он, складывая деньги в задний карман.

Я провожу языком по верхним зубам:

— Не то чтобы я не любил проводить время с вами тремя, но по какой причине я получил сообщение девять-один-один? — заговариваю я впервые с момента приезда.

Этим вечером я планировал пойти в Спэйд Уан, но получил сообщение о срочной встрече от Сайласа, который редко пишет сообщения в группе, поэтому знал, что это должно быть важно.

Тэтчер первым признает меня:

— Это насчет твоего маленького питомца.

Брайар Лоуэлл.

Не питомец. Просто мишень.

Я не волнуюсь, что она откроет свой красивенький ротик, я внимательно слежу и за ней, и за ее подругой. Это свидетельство моей способности оставаться незамеченным, потому что обе они не перестают оглядываться.

Особенно Брайар.

Она чувствует меня рядом, и я думаю, ее сводит с ума то, что она не может найти меня, когда ощущает мой взгляд на своем теле. Прячась в тени библиотеки, за окнами своих классов. Я постарался сделать так, чтобы она не проронила ни слова.

Я не собирался делать ничего серьезного, пока в этом не возникло крайней необходимости. Пока я не заметил, мне не хватает жизненно важной части. Я подумал, что потерял его в суматохе, но когда кайф улегся, понял, что не потерял.

Его у меня отобрали.

Ее липкие от многолетнего воровства пальцы украли мое кольцо. Девушка, которая быстро превратилась из наивной сторонней наблюдательницы с глазами-калейдоскопами в девушку, которая украла у меня кольцо.

Я тру палец в том месте, где раньше находилось мое пропавшее кольцо, чувствуя себя голым без него. В гневе я решил убить двух зайцев одним выстрелом.

Пробрался в ее комнату, а затем направился в библиотеку, чтобы понаблюдать за ней. Я планировал разгромить все вокруг, чтобы найти то, за чем пришел, но когда этого нигде не оказалось, я выбрал вариант «Б».

Доказать свою правоту и убедиться, что они обе знают, что их ждет, если хоть словом обмолвятся о том, чему стали свидетелями.

Я даже не знал, что у нее есть домашнее животное. Это была удача с моей стороны и серьезное неудобство для нее.

Конечно, я позволил Тэтчеру снять с животного шкуру, решив, что было бы невежливо не привлечь его к такому кровавому делу.

Я не видел ее лица, когда она нашла его. Но слышал ее гневный крик, грохот разбрасываемых по комнате вещей, когда ждал у подножия ступеней ее холла.

Этот гнев принадлежал мне. Это с ней сделал я. Разжег огонь под ее задницей. И мне принадлежал каждый дюйм этих эмоций. Все ее эмоции.

— Что насчет нее? — спросил я, сжимая кулак от необходимости вернуть то, что мне принадлежит.

— Сайлас наконец-то залез в базу данных доступа к школьным пропускам, — говорит Рук. — Спустя косяк и два пакета «Доритос» мы узнали, что дядя Брайар, Томас Рид, — профессор биологии.

— И с чем именно связано изучение организмов? — говорю я, не понимая.

— Посмотри на себя, Али, как ты внимателен на уроке. Мамочка и папочка гордились бы тобой, — дразнится Тэтчер, а я скрежещу зубами.

Мамочка и папочка могут отправляться в ад.

— Может, ты, блядь, просто скажешь мне, что ты нашел?

— Томас Рид входил и выходил из химической лаборатории чаще, чем любой преподаватель естественных наук в университете, — говорит Сайлас со звонким металлическим щелчком. Меня немного шокирует, что он действительно говорит.

— За последние два года он был там в нерабочее время, в час, в два часа ночи. Сотни раз.

Я облизываю нижнюю губу:

— Значит, мы думаем, что он и есть тот учитель, который написал Крису? Не хочу говорить очевидное, но что если Крис просто лгал, чтобы мы его не убили? Что, если он на самом деле тот, кто это сделал?

Я ненавижу играть в это дерьмо с соединением точек. Я чувствую себя продажным детективом, а быть копом — это не то, к чему я когда-либо стремился.

— Зачем тогда рассказывать нам о подбрасывании тела? Если бы он хотел соврать, разве не стал бы все отрицать? Кроме того, какого учителя ты знаешь, который направляется в химическую лабораторию в два часа ночи? Это было бы логично, но мы не можем пойти и отрубить ему голову, — злобно улыбается Рук. — Пока.

Он продолжает:

— Но это зацепка. Мы можем наблюдать за ним, следить за ним, пока не получим необходимые доказательства.

Зиппо Рука щелкает, пламя освещает кончик его сигареты.

— И мы думаем, что его дорогая племянница замешана в этом или, по крайней мере, знает об этом. Я имею в виду, подумай об этом, — выдыхает он.