— Скажи Эдмиру, что девушка проснулась, — говорит мужчина рядом со мной другому, который стоит у двери. Только тогда я замечаю всех мужчин. Я насчитала девять.

Они все похожи на неприятности, которые я видела только в фильмах.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Это плохо.

У меня миллион вопросов, но я не осмеливаюсь открыть рот.

Сохраняй спокойствие. Не привлекай к себе внимания.

Затем начинают приходить воспоминания. Карсон дерется, я никогда не видела ничего подобного. Пистолет. Ларс.

Ларс. Бедный Ларс.

Мое дыхание начинает ускоряться, а сердцебиение учащается.

Мои глаза снова устремляются к Карсону и не находят ни тепла, ни уверенности… ничто на его лице не говорит мне о том, что у нас все будет хорошо, отчего в моей груди нарастает рыдание.

— Карсон, что происходит? — я спрашиваю его.

Он не отвечает мне. Никто не отвечает.

— Кто-нибудь может сказать мне, что происходит, — говорю я, на этот раз мой голос звучит сильнее, движущей силой является моя растущая паника.

Ближайший ко мне мужчина разворачивается и наотмашь бьет меня по лицу.

— Заткнись.

Я зажмуриваю глаза и на мгновение замираю, пытаясь осознать удар.

Все было нормально... а потом нет.

Это как будто я попала в странный кошмар, где ничто не имеет смысла.

Может быть, это просто дурной сон?

Может быть…

В комнату заходит Эдмир, и он жестоко усмехается. Он смотрит на меня, прежде чем переключить свое внимание на Карсона.

— Карсон, блять, Козлов. Мы встретились снова.

Карсон ничего не говорит. Вместо этого он продолжает смотреть в пол.

— Кто заказал контракт? — спрашивает Эдмир.

Контракт? Какой контракт?

От Карсона никакой реакции. Он почти не моргает.

Мои глаза продолжают метаться между Эдмиром и Карсоном, надеясь узнать, почему мы здесь.

— Скажи мне, и я сделаю это быстро, — говорит Эдмир.

Сделает что быстро?

Когда Карсон замирает в тишине, Эдмир поворачивается ко мне. Он делает жест рукой, и затем двое мужчин подходят ко мне.

Мои губы окаменели, но я не могу выдавить ни единого слова. Я пытаюсь разорвать застежки, впивающиеся в мои запястья, и когда я вскакиваю со стула, один парень хватает меня за шею.

Я издаю легкий скрипящий звук, когда меня толкают назад, и мои ноги выбиваются из-под меня. Я сильно ударяюсь об пол, боль пронзает меня, а руки впиваются в поясницу. Стул отброшен в сторону, пластик издает скребущий звук.

Ужасные эмоции врезаются в мою грудь. Мой разум отключается от абсолютного ужаса, а затем мне закрывают лицо тряпкой. Теплая вода заполняет каждую дырочку и выбивает воздух из моих легких.

Я борюсь с властью надо мной. Я задыхаюсь и кашляю, вода душит меня. Когда я начинаю задыхаться, мои легкие горят от нехватки кислорода, они отпускают меня. Мое тело содрогается, когда мое горло и легкие работают, чтобы вывести воду.

Кажется, что проходят невыносимые минуты, прежде чем я могу сделать болезненный вдох.

Меня поднимают на нетвердых ногах, а затем то немногое, что мне удалось вдохнуть, вырывается из меня, когда кулак врезается мне в живот.

Я падаю на колени, прежде чем упасть, издавая ужасные звуки, когда меня тошнит от пульсирующей боли в нижней части тела. Я делаю мучительный вдох, но мое тело словно забыло, как функционировать, потому что я задыхаюсь от воздуха.

Мое сердце стучит, встревоженное нехваткой кислорода. Звучит так, будто меня душат, когда я пытаюсь сделать вдох.

Успокойся.

Тебе нужно дышать.

Не учащай дыхание.

Рыдание срывается с моих губ, когда до меня доходит реальность моей мрачной ситуации.

Они собираются пытать меня. И все из-за какого-то контракта... и Карсона.

Дыши.

Глава 16

КАРСОН

Дыши.

Мне требуются все мои силы, чтобы сидеть неподвижно и смотреть в пол, пока Хейли задыхается после того, как ее пытали водой.

Господи, детка. Дыши.

Она прерывисто дышит, и я слышу, как это причиняет ей боль.

Мое сердце.

— Кто заказал контракт? — Эдмир спрашивает снова.

Как только я скажу ему, что это было анонимно, он убьет нас. Если я проявлю хоть какую-то реакцию, они разорвут Хейли на части. Лучшее, что я могу для нее сделать, это молчать, делать вид, что мне насрать, пока меня разрывает на части изнутри.

Это единственная карта, которую я могу разыграть прямо сейчас. Каждая минута может означать разницу между жизнью и смертью. Мне просто нужно выиграть время, чтобы Алексей смог приехать. Тогда я, блять, убью их всех.

— Еще раз, — приказывает Эдмир.

Я почти закрываю глаза, но вовремя останавливаю себя.

— Нет! — голос Хейли хриплый, и она издает тот же испуганный звук, что и раньше. — Нет. Нет. Нет, — ее слова приглушены тканью.

Снова мое сердце разрывается до неузнаваемости, когда звук ее удушья наполняет воздух.

Мне жаль. Черт, мне так жаль, что ты встретила меня.