– Как он сюда попал?

– По-видимому, Лэйрвуд каким-то образом получил доступ к магии. Я использовал свою собственную, чтобы спрятать от него Скарлетт, но сегодня в пылу ссоры… чары ослабли. Как и я сам, – тихо признался он.

Брайар разразился проклятиями.

– Почему ты, черт возьми, ничего не сказал? Я бы тебе помог.

– Именно это я и сделал. Позволь мне пойти к ней, – сказал Сорин, не глядя другу в глаза.

Появился водный портал, и принцы шагнули через него в личные покои Сорина и обнаружили там Сайруса у тележки со спиртным. Он мстительно улыбнулся при виде не зажившего синяка на челюсти Сорина.

– Ты заслужил это, тупая скотина, – бросил он, потягивая свой напиток.

– Знаю, – буркнул Сорин. – Где она?

– Оставила для тебя сообщение. Сказала, что ты поймешь, когда услышишь, – непринужденно добавил Сайрус, взбалтывая кубики льда в бокале.

– Какое же? – процедил Сорин.

– Ее слова были таковы: «Скажи этому ублюдку-фейри, что он должен рассказать мне все. В противном случае пусть валит на хрен, поскольку мое благополучие его не касается».

Сорин закрыл глаза, вспоминая о том, как несколько месяцев назад эти же слова передал ему Кассиус.

– Где она?

– Как только мы вернулись, она взяла кое-что из вещей и отправилась в покои Элизы. В общем, удачи тебе, – с ухмылкой сказал Сайрус.

Вот уж поистине удача ему не помешает.

Сорин прошел по коридору и остановился перед комнатой Элизы. Он постучал, и дверь распахнулась. Перед ним возникла еще одна разъяренная женщина, в чьих глазах полыхало пламя.

– Что ты, черт возьми, натворил?

– Где она? – снова спросил Сорин.

– Ушла ужинать со смертным принцем. Не мешай им, – отрезала Элиза и захлопнула дверь перед его носом.

Сорин сполз на пол в коридоре возле ее покоев. И просидел там несколько часов, ожидая возвращения Скарлетт. Была почти полночь, когда девушка бесшумно прошла по коридору. Она была одета в платье цвета аметиста, расшитое по подолу серебряной нитью, с плотно облегающим лифом и узкими рукавами. Этот простой элегантный наряд невероятно ей шел. Идеально для ужина с принцем.

Сорин поднялся на ноги, едва почувствовав ее аромат. Он был благодарен за отсутствие другого запаха, тесно с ней связанного. Скарлетт застыла на месте, и вокруг нее мгновенно сгустились тени. Она находилась почти в десяти футах от Сорина и стояла с неподвижностью, присущей исключительно фейри.

Он не произнес ни слова, пока она молча приближалась. Не удостоив его ни единым взглядом, она прошла мимо и, войдя в комнату Элизы, закрыла за собой дверь.

Глубоко вдохнув, Сорин тихонько постучал.

– Скарлетт. Пожалуйста, поговори со мной. – Он чувствовал ее по ту сторону двери. Ее запах был так близко, как будто она прислонилась к филенке. С тем же успехом разделять их могла не деревянная панель, а безбрежный океан. Он уперся лбом в дверь. – Милая, прошу тебя.

С той стороны послышалось движение, и когда дверь открылась, он едва не упал на колени. Но на пороге стояла Элиза. На ее лице отражалась смесь гнева и сочувствия, когда она сказала чуть слышно:

– Она пошла спать, Сорин.

– Сказала что-нибудь?

– Сказала, что придет к тебе утром.

– Правда? – спросил он, отчаянно ища в ее глазах хоть намек на надежду.

– Полагаю, слову Скарлетт можно верить. Если она говорит, что придет, значит, так и будет.

Элиза посмотрела на него твердым взглядом. Сегодня она его не впустит.

Сорин повернулся и молча побрел в свои покои. Их пустота тяготила его. Повсюду ощущался запах Скарлетт. В воздухе. В спальне. На простынях. Ему было невыносимо ложиться в кровать без нее, поэтому он сел в кресло перед камином.

«Я найду звезды в другом месте… с кем-то, кто не будет относиться ко мне как к чертовой обузе».

Этой ночью заснуть ему точно не удастся. Пока не поговорит с ней. Он встал и принялся расхаживать взад-вперед перед очагом, ожидая ее возвращения. В памяти всплыли ее слова, сказанные несколько недель назад.

«Ты мог бы быть моим…»

Скарлетт лежала без сна в гостевой спальне Элизы. Ужин с Калланом обернулся ничем не примечательной совместной трапезой. Сокрушенная тем, что наговорил ей Сорин, она совсем было собралась все отменить, но передумала, сочтя, что будь она проклята, если позволит ему сломить свой дух. Сорин собственноручно вытащил ее из реки. К черту его за попытку бросить ее обратно.