– Этого не исправить, Сорин! Вчера ты как будто превратился в Микейла и заявил прямым текстом, что держишь меня рядом исключительно для того, чтобы получить то, что тебе нужно. Что я – обуза.

– Нет! Нет, милая…

Он потянулся к ней, но она поспешно отступила и, не дав ему договорить, воскликнула:

– Неужели не понимаешь, Сорин? Нет никакой милой. И нас тоже нет. Есть ты, и есть я. – Ее слова били наотмашь, как камни. Слова, которые он опрометчиво бросил ей вчера. Слезы неудержимо текли по ее щекам, когда она закричала: – Ты разрушил то, что было между нами! Ты разрушил нас!

В этот момент Сорин почувствовал, как его душа раскололась на сотню осколков. Его левая рука вспыхнула огнем, а незавершенная метка слегка потускнела. Она не исчезла совсем, но стала более светлой, из черной, как остальные татуировки, превратившись в бледно-серую. Это дорого ему обойдется.

Когда Скарлетт растворилась в воздухе, на Сорина накатила мучительная тошнота.

В перерывах между сотрясающими тело мучительными спазмами, выворачивающими наизнанку желудок, Сорин смог отправить огненные сообщения своему Внутреннему двору и Брайару, и они почти мгновенно появились в его покоях.

– Где она, черт возьми? – требовательно спросила Элиза, обводя комнату диким взглядом.

– Телепортировалась, – хрипло ответил Сорин.

– Ты же говорил, что она этому еще не научилась, – медленно протянул Сайрус.

– Однажды ей это удалось. Так мы выбрались из особняка Лэйрвудов.

Сорин вытер губы тыльной стороной ладони. Во рту был отвратительный привкус. Рейнер взял его за руку и помог встать с пола, а Брайар протянул стакан воды.

– Но как она сделала это сейчас? – не отставал Сайрус.

– Мы… э-э-э… весьма эмоционально поговорили, – выдавил Сорин. – Думаю, это нетрудно представить.

– Где она, черт возьми? – повторила вопрос Элиза.

– Не знаю.

– Так найди ее, – прошипела она.

– Не могу.

– Что значит – не можешь? Ты ее близнецовое пламя. Разыщи ее, – приказала она холодным отрывистым тоном.

– Я. Не. Могу, – раздельно повторил Сорин.

Глядя на Сорина широко раскрытыми глазами, Сайрус схватил его за левую ладонь. При виде потускневшей метки он выругался.

– Что ты сделал? – в ужасе прошептал он.

– Где Скарлетт? – снова спросила Элиза.

– Он ее не чувствует, Элиза, – пояснил Сайрус с недоверием в голосе. – Потому и не может найти.

Элиза выскочила из комнаты, хлопнув дверью.

– Я не ощущаю ее и понятия не имею, где она находится, – признался Сорин, переводя взгляд на Брайара. – Значит, мои чары больше не действуют.

На этот раз Брайар злобно выругался.

– Не зная, где она, я бессилен что-либо сделать, Сорин.

– Рейнер, – начал было Сорин, повернувшись к нему.

– Я уже этим занимаюсь. Все наши ресурсы брошены на прочесывание территории, – негромко отозвался он.

Сглотнув, Сорин предпринял еще одну попытку. Напрягшись, он заглянул внутрь себя, на связь между их душами, но нити, соединяющие их, почти оборвались. Осталась всего одна, и та была туго натянута. Неизвестно, как долго она продержится.

В комнате воцарилось молчание. Никто не знал, что сказать. В тишине Сорин слышал только, как Скарлетт кричит на него, и в каждом ее слове сквозили боль и обида:

«Ты разрушил то, что было между нами! Ты разрушил нас!»

– Она сказала, что ничего нельзя исправить, – тихо обратился он к Сайрусу. – Ты единственный из нас, у кого было близнецовое пламя. Она права?

– Я не знаю, Сорин. – Его голос был мрачным от потрясения. – Мы с Тиа, бывало, ссорились, не стану отрицать, но наша связь была помазана – и день ото дня становилась крепче. Мы выдержали испытания, а вы со Скарлетт в них даже не участвовали. Да и метка у тебя одного, а не у обоих.

Все опять притихли.

«Я всецело доверилась тебе, а ты использовал это против меня. Ты от меня отгородился».

Он отгородился от нее. Талвин весь день распекала его за неудачи. Что Элине́ не доверяла ему настолько, чтобы поделиться сведениями о том, куда направляется. Что он провалил миссию по ее спасению и потерял воинов. Затем Талвин стала жаловаться, что он постоянно подводит ее, скрывает от нее кузину. Он отгородился от Скарлетт, отдавая себе отчет в том, что она – оружие, которое можно против него использовать. Он поступил так, чтобы защитить ее… и, если совсем начистоту, и себя тоже.

Тут в комнату ворвалась Элиза, приведшая с собой принца Каллана и его стражников.

– А он что здесь делает? – прорычал Сорин.

С помощью магии Брайар убрал с пола рвотные массы, но при виде Каллана Сорина вновь затошнило.

– Скажи своей гребаной гордости, чтобы присела, – рявкнула Элиза. – Вы двое – единственные в этом Дворе, кто знает Скарлетт. Где она, черт возьми?

– Сорин не может ее найти, – сказал Сайрус. – Мы только что это обсудили.