Я сделал глоток кофе и поставил кружку на стол.

— Дело не в этом. Дело в одном из домов, которые мы обыскали вчера вечером.

— В Уотертауне?

Я кивнул.

— Тот парень... — Я пытался подобрать подходящее описание. — Не знаю. В его доме было что-то не так, но я был слишком подавлен из-за Дилана, чтобы по-настоящему всё заметить, как следовало бы.

— Что подсказывает тебе интуиция?

Я оглядел свой стол, стопки папок, степлер, какие-то случайные скрепки — всё, что могло вызвать то назойливое чувство, которое появилось у меня, когда я вернулся в свою квартиру.

— Не могу понять, в чём дело, но это не проходит.

— Расскажи всё. Может, я смогу помочь.

Я сделал ещё несколько глотков кофе, пытаясь прогнать туман из головы, чтобы восстановить каждую минуту, проведённую в его доме.

— В доме не было ничего примечательного, — начал я. — Типичный колониальный стиль, скудно обставленный. Он окончил Уэнтворт со степенью инженера, которая висела в его кабинете, а теперь владеет бухгалтерской фирмой. Он смотрел шоу о рукоделии, когда мы вошли.

— Рукоделие? — поднял брови Ривера.

— Ну, вышивание или что там ещё делают пожилые женщины.

— Интересно. — Он поёрзал на стуле. — Продолжай.

— Когда мы свернули операцию и собирались уходить, один из агентов, который поднимался наверх, сказал мне, что этот тип увлекается какими-то извращениями, и им потребовалось целую вечность, чтобы всё просмотреть.

Ривера пожал плечами.

— У людей бывают странные увлечения. Меня это не настораживает.

— Меня тоже. За годы работы мы насмотрелись всякого в домах, которые обыскивали, но чёрт… — Я снова мысленно вернулся туда, к тому ощущению, которое возникло у меня, когда всё внутри было настолько охренительно идеально. — Ни единой вещи не было не на своём месте. Не просто аккуратно — вообще никакого беспорядка, даже ни одной неправильно повёрнутой картины.

— Холсты или скульптуры?

Я закинул ногу на ногу и начал отбивать ступнёй ритм в воздухе, как его нога стучала по полу.

— Холсты, и они были странными и мрачными. Абстрактными. Почти мультяшными, но в завитушках одной из картин я разглядел очертания женского тела.

— Какие ещё детали ты заметил?

— Только фотографии в гостиной. Несколько штук возле телевизора и ещё несколько у дивана. — Я вспомнил их чёрные рамки, как на стекле не было ни пылинки. — На них была одна и та же девушка — блондинка, лет двадцати или около того.

— Что-нибудь особенное в этих фотографиях?

Я продолжал вспоминать их — позы, в которых она была, натянутую улыбку на лице.

— Не знаю…

— Что ещё ты заметил?

Я снова прокрутил всё в голове, гадая, не потеря ли Дилана вызвала у меня такое чувство, и не делаю ли из мухи слона.

— Это всё.

— Продолжай думать. Это придёт к тебе само собой. — Ривера сцепил руки, положив их на затылок. — Хочешь выпить позже? Я знаю, мне не помешает, а к тому времени ты, наверное, будешь готов ко второму раунду.

Дом был последним местом, где я хотел оказаться, погружённый в самые мрачные мысли, когда агония овладевала мной.

— Да, — согласился я. — Скажи, где, и я буду там.

До...

Эш

Хотя я не поехал в Нью-Йорк, но предположил, что расписание Перл осталось прежним, и она планировала вернуться в Бостон поздним утренним автобусом. Перед тем как покинуть мою квартиру, Перл сказала, что позвонит, как только доберётся домой, и я знал, что это будет примерно в середине дня. Поэтому, когда Дилан предложил мне пообедать и зайти в паб после, и вернуться домой только к вечеру, я ожидал, что индикатор автоответчика будет мигать, когда мы вернёмся.

Но этого не произошло.

Вместо того чтобы ждать звонка Перл, я позвонил ей.

Никто не ответил.

Бабушка с трудом передвигалась, и, если Перл не было дома, большинство моих звонков в прошлом оставались без ответа. Я предположил, что прослушивание Перл просто затянулось дольше, чем планировалось, и она села на более поздний автобус, или, может быть, была настолько уставшей, когда вернулась, что сразу легла спать.

Я всё же попытался ещё раз через несколько часов, но никто не взял трубку.

Но к следующему дню я устал ждать. Поэтому пошёл к квартире Перл и постучал в дверь. Когда не услышал никакого движения внутри, что-то подсказало мне спуститься по лестнице, где, как я знал, Перл прятала ключ.

— Это Эш, — позвал я, открыв дверь и войдя.

— Здесь, — ответила бабушка. — Быстрее.