Макс внимательно смотрел на Алису, глаза которой были подведены ярче обычного, а губы были окрашены в ежевичный цвет. Дальше его взгляд спустился на грудь, вздымающуюся под тонкой тканью платья и скользнул по длинным обнажённым ногам. Неохотно прерывая зрительный контакт с телом девушки, Макс отвлёкся на бармена, указав жестом, чтобы ему налили то же, что и Алисе.

— Раз ты не хочешь говорить со мной, может, тогда выпьешь? — Макс подмигнул Алисе, крутя в пальцах рюмку.

Алису стало раздражать повышенное внимание парня к себе. И с каких пор нельзя спокойно напиться в одиночестве? Защитная реакция в виде ехидной усмешки тут же вырвалась наружу.

— Ты зря тратишь своё время. Советую найти на эту ночь более сговорчивую дамочку, способную утихомирить твой спермотоксикоз. У меня всё слишком хреново, чтобы пытаться тебя чем-то удивить в постели. К тому же, я не привыкла симулировать, что, несомненно, испортит твою самооценку.

— Я и не хотел с тобой спать, — протараторил Макс и отвёл глаза от прищуренного взгляда Алисы. — Просто ты пропала со всех радарах на месяц, а сегодня объявилась, как гром среди ясного неба, и пытаешься напиться в хлам. Что случилось?

Макс сам не знал, что больше двигало им в этот момент — обычное любопытство или реальное желание помочь.

— Всё очень сложно, — выпалила Алиса и снова схватила наполненную рюмку, приложив её к губам.

Время и состояние девушки обязывали её уйти из клуба и поехать домой, чтобы лечь спать, но высокий градус отключил разум. Прищурившись, Алиса разглядывала задумчивое лицо Макса, между бровями которого пролегла небольшая складка.

Неужели, одиночество так сильно изъело её, что она готова была поделиться своими проблемами с первым встречным знакомым?

— Мой отец лежит в больнице после инсульта. А мачеха конченная сука. Она распоряжается тем, что должно по праву принадлежать мне, — Алиса поражалась, как рот помимо её воли выдавал слова.

Прошло три недели, как каждое утро на стоянке клиники, среди большого скопления машин с визгом тормозил жемчужно-белый Lexus. Каждый раз его водитель парковался, игнорируя дорожную разметку и перегорождая выездной путь сразу нескольким автомобилям.

В одно такое утро Алиса, в число достоинств которой не входила езда по правилам, спешно покинула салон машины и вошла в здание медицинского центра. Казалось, за этот месяц девушка ещё больше похудела, скрывая измождённость объёмным бежевым кардиганом крупной вязки и свободными светлыми джинсами.

Алиса поднялась пешком на шестой этаж, не желая тесниться в лифте, где по утрам было слишком много людей. Дальше её путь лежал через просторный холл с белоснежными стенами и яркими лампочками. Девушка толкнула плечом одну из дверей и уверенно переступила порог. Шагнув дальше, Алиса слегка прищурилась от солнца.

Рядом с окном в пол за длинным, лаковым столом сидел мужчина лет сорока на вид.

— Доктор Вудсток, наши финансы позволяют приобрести самое лучшее и необходимое оборудование и нанять штат медсестёр и санитаров, — Алиса перешла сразу к делу. — Я хочу забрать папу домой.

Не дожидаясь приглашения, девушка отодвинула стул и заняла место напротив мужчины. Тот перестал делать записи и поднял взгляд на Алису. От его внимания не ускользнули устало опущенные уголки губ и потухшие карие глаза. Тёмные блестящие волосы, напоминавшие цветом мех норки, небрежно рассыпались по плечам.

— Вы хотите забрать мистера Сильвера домой? — мужчина сделал глубокий и медленный вздох, расстёгивая верхнюю пуговицу халата.

— Да, — сухо ответила Алиса, но потом её тон смягчился. — Как говорится, дома и стены лечат.

— Об этом не может быть речи, — Вудсток недовольно покачал головой. — Миссис Сильвер дала ясно понять о разногласиях в вашей семье. Конфликты и скандалы не будут благоприятно складываться на состоянии вашего от…

— Мне плевать, что вам наговорила Франческа, — Алиса поджала побледневшие губы. — Вы думаете, я не понимаю, что папе нужен покой?

— Я ценю ваш порыв забрать домой отца, — доктор пристально смотрел на девушку, не скрывая безразличия. — Но мы не станем нарушать ни один из пунктов договора. Миссис Сильвер законная супруга, и она дала полное согласие на проведение дальнейшего лечения в стенах нашей клиники на ближайшие полгода.

— То есть, моё решение, как родной дочери, ничего не значит? — в голосе Алисы послышались угрожающие ноты. — Любой договор можно расторгнуть. Я подам на вас в суд!

Вудсток оставался беспристрастным. Он прекрасно знал, что у клиники не будет проблем. Договор был подписан добровольно законной супругой, и угрозы девятнадцатилетней дочери его пациента мужчина считал пустым сотрясением воздуха.

— Вы должны понять, что мы действуем исключительно в интересах здоровья вашего отца и исключительно в рамках закона, — сделав акцент на последних словах, предельно спокойно проговорил доктор. Затем он встал из-за стола и указал жестом на дверь. — Мне нужно идти на обход. Всего доброго, мисс Сильвер.

Алиса глядела в удаляющуюся спину в белом халате, не скрывая ни отвращения, ни брезгливости.

— Франческа неплохо сосёт, или вы согласились из-за денег?