— Верт велел быть с тобой до его приезда, — Саймон старался придать себе невозмутимый вид. — И скоро должен прийти доктор, чтобы осмотреть тебя.

— А если бы Верт велел тебе кого-то убить? — Берта резко развернулась, и её глаза блеснули. — Ты бы убил?

— Послушай, я не обязан отвечать на твои вопросы. Поверь, я бы с бóльшим удовольствием сейчас готовил себе завтрак, чем находился тут.

Саймон отвернулся к окну, где шёл дождь, и стал рассматривать незамысловатые полоски воды на стёклах. Когда его глаза вновь вернулись на лицо Берты, которая прожигала его взглядом, он уловил заметные изменения. Плавные черты стали острыми, словно кто-то невидимый прошёлся лезвием по скулам девушки и подсыпал в серые радужки полыхающие угли.

— Хочешь сказать, что сейчас ты отвечаешь за меня перед Вертом? — зрачки Берты хищно прищурились.

— Да, — без тени сомнений произнёс Сай, бегло рассмотрев её худые руки. — Кстати, тебе бы не помешало поесть. Мне не нужно, чтобы ты откинулась от голодухи до приезда дока.

— Еда в холодильнике, — Берта жестом указала на прямоугольную махину стального цвета в углу кухонного острова. — Раз ты отвечаешь за меня, то в твои обязанности входит приготовить для меня завтрак. Я предпочитаю…

Что говорила дальше девушка, Саймон не слышал из-за скрипа собственных зубов.

Парень глубоко вздохнул и отодвинулся от барной стойки, неспешна обогнув её и заняв место напротив Берты. В нос ударил едва уловимый запах парфюма, и Сай слегка поморщился. Дышать стало проблематично, как и держать себя в руках.

Скоро приедет Верт. Будь милым. Просто милым.

— Я тебе не мальчик на побегушках, — выдавил Саймон, скрестив на груди руки. — Если ты знаешь, где холодильник, то должна знать, где плита.

— Понятия не имею, — фыркнула Берта и открыла один из ящиков, достав оттуда фартук в серую клетку. Она протянула его парню, замечая, как зелёные глаза округлились. — Надень. А то испачкаешь свою прекрасную ветровку, — ухмыльнулась девушка, окинув взглядом мужскую фигуру под спортивной курткой.

Саймон выхватил из её рук фартук, и Берте показалось, что кухня задрожала от его резкого рывка.

Её острый и внимательный взгляд художника и игрока в покер уловил малейшие детали на лице Саймона. Берта заметила, как расширились от возмущения ноздри в носу, который был наверняка сломан в какой-нибудь потасовке, но всё равно придающим грубоватую привлекательность его владельцу. Как между тёмными бровями пролегла небольшая морщина. Как вспыхнули глаза — глаза цвета соснового леса, которые сейчас просверлили в Берте дыру.

Ещё полминуты между Саймоном и Бертой продолжалась зрительная обжигающая атака, которая прервалась стуком в дверь.

— Я открою, — Берта развернулась, но одним движением Саймон преградил ей путь и раздражённо поморщился.

— Оставайся здесь.

Берта недовольно закатила глаза, но послушалась и проследила, как широкоплечая фигура Саймона исчезла за стенами холла. Оказавшись в одиночестве, девушка почувствовала неимоверную слабость и отрешенно присела на барный стул.

Стук капель за окном и полумрак, обитавший на кухне, действовал расслабляюще, и едва прикрыв веки, Берта провалилась в дрёму.

— Мисс Блэквуд, где вам удобно меня принять?

Открыв глаза, Берта повернула голову. Перед ней стоял пожилой мужчина в сдержанном костюме, с благородной сединой в волосах и глубоким, проницательным взглядом. По всей видимости это был доктор, о котором говорил кудрявый.

— Не вижу смысла меня осматривать, но поскольку мой брат всё равно не отстанет, пока не увидит рекомендации доктора, то милости прошу в мою комнату.

Берта поднялась со стула, и её голова медленно закружилась. Похоже, сознание, запачканное крепким алкоголем, начало путать координацию и движение ног, и девушка навернулась на ровном месте. Она не успела, как следует, испугаться падения и провалилась в объятия темноты.

Берта поморщилась, открывая тяжёлые веки. Изображение перед глазами никак не желало фокусироваться.

— Я думал, что ты откинешься до приезда дока, — низкий голос отдавался эхом в ушах. — Но ты его дождалась и вырубились прямо перед ним.

— Пить, — прохрипела Берта и ещё раз поморщилась.

Голова была ватной, а язык словно онемел.

Саймон вложил в её ладонь стакан с водой, и Берта сделала жадный глоток. Выпив всё до последней капли, девушка, наконец, смогла рассмотреть, что находилась в своей постели, а рядом сидел кудрявый.

Прикрыв глаза рукой, Берта едва не сдержала раздражённый вой. Где же Верт? И почему до сих пор в её доме кретин, не способный отличить минимализм от сюрреализма?

— Мне нужно умыться и в душ, — выдавила Берта, слабо приподнимаясь в постели. — Ты можешь быть свободен.