Сначала он слегка касается моих губ своими, а затем углубляет поцелуй, и я не могу сдержать стон. Его твердый член трется о мои трусики, посылая электрические импульсы прямо к центру моей киски.

– Блять, солнышко, – рычит он. – Я больше не смогу прожить без тебя ни одной недели.

– Я тоже.

Дверь громко захлопывается, когда он прижимает меня к ней спиной.

– Ты готова вступить в Клуб высокой мили?^[2]

– Черт, да.

От Мэдди исходит заразительное волнение. Прошлые выходные стали для меня откровением, и я понял, что не могу ее потерять. Мое сердце принадлежит ей. Эта девушка словно наркотик: даже если я не могу быть с ней, мне все равно необходимо ее видеть. Каждый день я старался сделать так, чтобы моя послеобеденная пробежка включала остановку около ее студии. Я уверен, моя одержимость ею началась с того момента, когда в прошлом году она впервые пригрозила вонзить нож мне в глаз. Но теперь я знаю, что мне нужно делать: я должен стать лучше ради Мэдди и дать ей все, чего она заслуживает.

Я полностью зависим от всего, что связано с ней. Меня восхищает ее сила, яркость, решительный характер и бесстрашие, и я готов на все, чтобы сохранить наши отношения, даже если для этого мне придется притворяться перед ее родителями, лишь бы они оставили нас в покое. Я никогда и ни к кому не испытывал таких сильных чувств. Всего неделя без Мэдди почти выбила меня из колеи. Я не мог сосредоточиться ни на чем другом, кроме как на мысли, как вернуть ее и сохранить рядом с собой. Эта женщина заслуживает, чтобы весь мир лежал у ее ног.

И вот мы летим на высоте тридцати пяти тысяч футов, направляясь к ярким огням Лондона на выходные. Мэдди потягивает шампанское и что-то читает на своей электронной книжке. Я сбился со счета, сколько раз на экране мелькало слово «член». Через минуту она оседлает один.

Я терпеливо жду, пока стюардесса перестанет суетиться вокруг нас, но это происходит только после того, как в мои руки вонзаются розовые ноготки Мэдди, и она, не стесняясь, посылает стюардессу к черту. Девушка смотрит на меня с ужасом, но я лишь пожимаю плечами. Я не собираюсь извиняться за то, что Мэдди считает меня своей собственностью. На самом деле, это охренительно сексуально. Когда стюардесса наконец уходит в кабину пилотов, я замечаю, как один из них смотрит на нее, и решаю воспользоваться случаем. Держу пари, некоторое время они тоже будут заняты.

– Эй, я, вообще-то, читала! – восклицает Мэдди, когда я забираю у нее электронную книгу.

Но затем я прижимаюсь губами к ее шее, и Мэдди поворачивает голову к окну. Я ласкаю языком ее шелковистую кожу, и, когда дохожу до подбородка, она тихо стонет.

– Тебе не нужно читать о членах, когда один из них уже готов и ждет тебя, – говорю я, скользя рукой по ее обнаженным ногам и останавливаясь у подола облегающего черного платья.

Я проскальзываю пальцами под него, предвкушая, как коснусь кружевных стрингов, но Мэдди слегка раздвигает ноги, и, вопреки своим ожиданиям, я касаюсь ее обнаженной киски.

– Кажется, сегодня кто-то забыл надеть трусики, – говорю я, и она кивает головой в ответ.

У меня в машине скоро соберется целая коллекция ее белья.

– Сядь ко мне на колени, – приказываю я и прикусываю ее шею, чувствуя, как меня, словно облако, окутывает аромат цветочных духов.

– Здесь?

– Это не предложение, детка, оседлай меня сейчас же.

Она облизывает губы и слегка приподнимает платье, прикрывая свою попку, но при этом предоставляя мне полный обзор своей влажной киски. Кровь приливает к моему члену, и Мэдди забирается ко мне на колени, располагая ноги по обе стороны от бедер. Она обнимает меня за шею, и ее грудь оказывается прямо перед моими глазами. Опустив руку вниз, я погружаю три пальца в ее киску, а другой рукой стягиваю край ее платья, оголяя грудь. Я захватываю губами один из сосков, и ее бедра начинают двигаться в унисон с движением моих пальцев внутри. Хриплые стоны Мэдди, которые я слышу, пока продолжаю нежно посасывать и покусывать ее плоть, разжигают во мне огонь. Когда она слегка наклоняется вперед, я вынимаю пальцы и перемещаю их так, чтобы указательный касался ее ануса. Одновременно я снова ввожу средний и безымянный пальцы в ее киску, и ее губы приоткрываются в немом «о».

– Черт! – выдыхает она, когда мой указательный палец медленно проникает внутрь, и я заглушаю ее стоны ладонью.

Мэдди бросает на меня сердитый взгляд, когда я замедляю темп, но я лишь ухмыляюсь и вынимаю из нее пальцы.

– Если я не окажусь внутри тебя в ближайшие двадцать секунд, то просто взорвусь, – с трудом произношу я.