– Причина, побуждающая меня приходить сюда, долго оставалась загадкой для меня самого.

Вечный странник.

Он рассеянно оглядывает гостиную. Я не знаю, о чем он думает, но мысли его далеко.

– И до сих пор остается?

Он вздрагивает и смотрит на меня.

– Что остается?

– Причина. Остается загадкой?

Его щека едва заметно подергивается.

– Нет, херувимчик. Уже нет.

Декабрь, восемь лет назад

Мы с Десом стоим за невысокой каменной стеной, которой огорожена территория Академии Пил. У подножия стены тянется узкая полоска каменистой земли, поросшей редкой травой. Далеко внизу бушует океан, и холодные волны обрушиваются на изрезанный скалистый берег острова Мэн. Временами сквозь вой ветра я слышу шепот моря, оно манит меня к себе, уговаривает подойти ближе, еще ближе к обрыву. Сейчас нетрудно поверить в то, что море породило сирен. Его чарующее пение завораживает мое темное, глубоко запрятанное «второе я», действует на меня точно так же, как мой собственный голос действует на мужчин.

По крайней мере, на смертных мужчин.

Не так давно я спрашивала себя, какие из сверхъестественных созданий не поддаются моим чарам. Теперь я получила ответ на свой вопрос.

Феи и эльфы. Существа, не принадлежащие этому миру.

Я бросаю рассеянный взгляд на территорию кампуса, на студентов, спешащих по своим делам. Слева виден замок Пил, где расположены аудитории, библиотеки и столовая, справа – здание общежития. Смеркается, и двор освещен фонарями; тем не менее, из-за морского тумана мне трудно различить лица людей.

– Они нас не видят, – замечает Дес, делает шаг ко мне, и я чувствую обжигающее прикосновение его магии. – Но даже если бы и видели, какое это имеет значение? – продолжает он.

Я отступаю назад.

– Что ты хочешь этим сказать?

Дес продолжает.

– Бедная Калли. Ты вечно чужая, вечно лишняя, и тебе остается лишь завистливо подсматривать за другими из-за забора.

Я бросаю хмурый взгляд на компании девушек и парней. Даже отсюда я слышу беззаботный смех и обрывки оживленных разговоров.

– Скажи мне, херувимчик, – спрашивает он, – как получилось, что такая девушка, как ты, – он делает паузу и нарочито медленно оглядывает меня с головы до ног, – оказалась парией?

На мне кожаная куртка, модные рваные джинсы и грубые ботинки; вокруг шеи небрежно повязан шарф. Внешне я ничем не отличаюсь от своих школьных товарищей. Но что касается остального – да, я действительно здесь чужая.

– А ты мне скажи, почему мы все время обсуждаем меня? – спрашиваю я, заправляя за ухо прядь волос.

Торговец следит взглядом за моей рукой.

– Потому что мне это интересно.

Сердце замирает, потом бьется как бешеное. А я думала, что из нас двоих интерес испытываю только я.

Он смотрит на меня молча, не мигая, и ждет ответа.

– Дело не в них, а во мне.

Брови Торговца сходятся на переносице.

Я стою, уставившись на свои ботинки, ковыряя носком траву.

– Трудно притворяться нормальной после… ну, ты понимаешь. – «После того, как убил человека». Я тяжело вздыхаю. – Думаю, мне необходимо построить свою жизнь заново, прежде чем обзаводиться друзьями. Настоящими друзьями.

Сама не могу поверить в то, что сказала это вслух, в разговоре с другим человеком. Я редко признаюсь в чем-то подобном даже себе.

Дес берет меня за подбородок, приподнимает мою голову так, чтобы я смотрела ему в лицо. Вид у него совершенно серьезный. Довольно долгое время он молчит. Я понимаю, что этот загадочный, коварный Торговец что-то напряженно обдумывает.

– А ты не хотела бы стать королевой на одну ночь? – наконец, спрашивает он.

Я озадаченно моргаю. Но прежде чем успеваю понять, что это значит, и к чему клонит Торговец, над его плечом возникает несколько крошечных мерцающих огоньков. Огоньки летят ко мне, и я слышу негромкий шелест крыльев.

Светлячки. Целый рой. Точнее, не рой, а цепочка.

Я бросаю быстрый взгляд на Деса; он слегка улыбается. Все понятно, это его работа.

Мерцающие огоньки образуют вокруг меня кольцо, а потом, к моему невыразимому ужасу, это кольцо опускается мне на голову.

– У меня насекомые в волосах, – напряженно говорю я.

– У тебя на голове корона, – с ухмылкой поправляет он и прислоняется к каменной стене.

И это, по-твоему, корона, возмущаюсь я про себя. Я чувствую, как они ползают по волосам, и мне стоит неимоверных усилий сдержаться, так мне хочется поднять руку и смахнуть их.

Просто я не большой любитель всяких там жучков и паучков.

Один из светлячков падает с волос на шарф и проворно заползает мне под куртку.

– О боже! – вскрикиваю я, чувствуя, как он копошится где-то там, на футболке.

– Гадкие жучки, – лукаво говорит Дес, подходя и помогая мне выудить светлячка, – не смейте прикасаться к груди милой девушки.