Если предположение не окажется верным, Микаэль все равно уже был доволен собой. Ему нравился Хаберг, и еще больше нравилось то, что он все еще мог быть полезным кому-то.

— И еще! — Бросил он, когда доктор уже был у двери.

— Что?

— Я не причиню вред твоей дочери, Хассе. — Сказал Микаэль искренне. — В смысле, очень постараюсь. Приложу все усилия.

Доктор немного помолчал, не сводя с него глаз, а затем произнес с улыбкой:

— Вечером принесу тебе кровь. — И дернул плечами. — В смысле, очень постараюсь.

* * *

Если с отцом возникали конфликты или недопонимания, Майя решала их в спорах — она отстаивала свое мнение эмоционально, иногда до хрипоты, пока Хассе не сдавался, уступив ей, или не бросался доказывать, за кем в семье решающий голос — наказывая ее запретами на прогулки с друзьями и общение в мессенджерах. Но в этот раз Майя действовала нетривиально, что должно было сбить отца с толку — она изводила его молчанием. Вместо того, чтобы настаивать и доказывать свою правоту, девушка вела себя демонстративно отстраненно.

Вчера за ужином Майя не проронила ни слова. Хассе ждал, что она снова заведет разговор про вампира, но девушка, кажется, вообще про него забыла. Хотя, именно в нем и была заключена причина такого ее поведения — в этом он был почти уверен. А когда он делал ей инъекцию перед сном, Майя просто смотрела в одну точку, а потом тихо сказала: «Спасибо». И все. Из-за этого Хаберг очень тревожился и понимал, что им нужен какой-то компромисс.

— Я заходил утром к вампиру. — Сказал он, когда они ехали в школу. — Если вдруг ты переживаешь за него.

— Его зовут Микке. — Глядя в окно на кривые узкие улочки Гримдаля, заметила Майя.

— Да. Микке. — Хассе откашлялся. — У вампира Микке все в порядке.

— Тебе обязательно все время подчеркивать это? — Она бросила на него хмурый взгляд. — Как будто, если ты не скажешь, что он вампир, я забуду об этом.

— Майя, я… — Воздух застрял в его легких.

— Хочешь правду? — Дочь бросала ему вызов одним взглядом. — Мне он нравится.

— Да, я понимаю. Тебе его жалко. — Вцепился крепче в руль Хассе.

— Нет, не понимаешь. — Ее голос выдавал напряжение, таившееся внутри нее. — Микке нравится мне как парень!

— Зачем ты мне это говоришь? — У доктора застучало в висках, и, кажется, начала подниматься температура. — Тебя забавляет, когда отец нервничает? Так и хочется сказать что-нибудь эдакое и посмотреть, как я отреагирую? Ох, подростки…

— Тебе трудно, но придется принять тот факт, что я выросла, папа. — Сняв шапку, она смяла ее в руках. — Вот для чего я это говорю. Чтобы ты понял: я уже не ребенок, и у меня могут быть чувства. Не детские. И мне могут нравиться мальчики, представь себе!

— Майя, он не мальчик! — С жаром выпалил Хассе. Автомобиль резко повернул на перекрестке. — Микаэль опасен!

— И из-за этого он не может мне нравиться?

— Хорошо, я тебя услышал. Я понял. Ты уже взрослая, тебе нравятся мальчики, и ты хочешь, чтобы папа знал об этом. Ладно. — Он стер пот со лба. — Это, в общем-то, норма, так как в твоем возрасте идет активная выработка гормонов, которые влияют не только на тело, но и на эмоции. Скачки настроения, раздражительность, агрессия, повышенная эмоциональная возбудимость, усиливающееся половое влечение — гормональные изменения неминуемо сказываются на поведении.

— О, боже, папа-а-а! — Майя закрыла лицо руками.

— А что я такого сказал? Ты ведь сама начала!

— Время для лекций по половому воспитанию давно ушло. Я прошу тебя, прек-ра-ти. — Она отвернулась к окну.

— Мне тоже неловко, но ведь ты сама хотела поговорить о мальчиках? Ты уже в таком возрасте, когда у тебя возникает к ним интерес — я понял, и с точки зрения науки это легко объяснимо. Но позволь дать тебе совет?

— Какой же?

— Вокруг столько обычных мальчиков. Неужели, нельзя дружить с кем-то из них?

— Дружить? — Майя уставилась на отца. — Это как? Общаться по интернету и ходить за ручку в те редкие дни, когда ты будешь отпускать меня куда-то?

— Я говорю об общении и, ну… поцелуях. Ты ведь можешь пригласить к нам того, кто тебе нравится, познакомить меня с ним — я должен убедиться в том, что парень хороший и из порядочной семьи, так? Мне важно знать, с кем ты общаешься и проводишь время. — Хассе пожал плечами. — Чтобы не волноваться! Чтобы спокойно отпускать тебя погулять с этим хорошим парнем. Не допоздна.

Майя уронила голову.

— Что? — Вздохнул Хаберг. — Что я опять сказал не так?

— Ничего, папа. — Она натянула шапку до самых бровей и уставилась в окно.

— Майя, прости. — Через минуту пробормотал он. — Мама обязательно нашла бы правильные слова, а мне с этим труднее. Ты так быстро выросла, и я не был готов, что малышка, которой я вчера учился заплетать косы, и которую водил в детский сад, сегодня начнет говорить, что она взрослая и хочет дружить с мальчишками.