— Нам нужно отъехать, Ли. Но сначала это, — клокоча от потребности освежить мою память, Нейтан обхватывает мое лицо ладонями, и припадает своими губами к моим.

Нейтан

Она пришла.

Пришла, вопреки всему.

Осмелилась бросить вызов тем, кто считает себя вправе решать за нас.

Я знал, всегда знал, что мы одно целое, созданы друг для друга.

Признания излишни. Никаких доказательств.

Мы есть, и мы всегда будем…

Я целую ее с безумной жаждой, прижимая к себе так крепко, что чувствую, как отчаянно бьются наши сердца.

Близко, в унисон, напротив друг друга. Держу обеими руками и все еще не могу поверить, что Ли здесь, со мной.

По-прежнему моя.

Пылко отвечает на поцелуй, прикасается, ощупывает, словно тоже не верит, что я рядом.

— Подожди, Нейт, подожди немного, — задохнувшись, отрывается от меня, пылающим взглядом впивается в мое лицо. — Я так боялась, что никогда больше не смогу дотронуться до тебя, — ее пальцы хаотично блуждают по моим губам, скулам, волосам. — Боялась потерять право говорить с тобой, целовать… любить.

— Никто и ничто не помешает нам любить друг друга, — хрипло шепчу, лаская ее плечи. — Я тебе обещал, Ли.

— Но твоя помолвка, Нейт? — с щемящим душу страданием напоминает мне о том, что…

— Не имеет значения, — и никогда не имело.

— Он нас убьет, Нейт. Амиран…

— Забудь его имя, — ожесточенно рычу, впечатывая Ли в сиденье и покрывая поцелуями ее тонкую шею.

— Не представляешь, как я хочу это сделать. Забыть навсегда, стереть… Я смогу…, клянусь, я смогу это сделать, — ее голос срывается на сдавленное рыдание. — Я люблю тебя. Только тебя, Нейт. Скажи, что веришь мне.

— Я верю тебе, Ли. Люблю… — бормочу я, жадно оглаживая ее бедра. Чертова абайя. Хочу чувствовать ее кожа к коже. Срываю платок с пепельных волос и с блаженным стоном утыкаюсь в них лицом. — Моя Ли.

— Подожди, Нейт, — она снова останавливает меня, упираясь ладошками в мою грудную клетку. — Я слышала шум вертолета….

— Твой принц улетел, — запальчиво бросаю, пылко набрасываясь на нежные губы. — И не скоро появится.

— Не мой он, Нейт. Не мой, — повторяет Алисия между короткими страстными поцелуями.

Она плачет. Так много слез. Целые озера. Кристально чистые, глубокие.

Соль тает на наших губах, горит и стынет. Я ослеплён приступом вырванного у судьбы ослепляющего счастья. Веки жжет от острого немыслимого блаженства — просто держать ее в объятиях, вдыхать любимый запах, целовать до потери дыхания.

Это все, чего я хотел. Все, чего мы оба хотели — быть счастливыми и любить.

Мне больше ничего не нужно.

Только ты, Ли. Твоя любовь и твоя верность.

Не в силах сдерживаться, я с жадностью сжимаю в ладонях ее вздымающуюся грудь, прикусываю кожу на чувствительной шее, впитывая родной вкус.

Она дрожит, рыдает громче, обнимает крепче. Сильно, отчаянно. До боли.

Так сложно от нее оторваться сейчас. Немыслимо. Но я должен. Наше время на исходе. Пора уносить ноги, пока нас не засекли.

— Пристегнись, Ли, — отстранившись, я завожу машину и резко трогаюсь с места, сразу набираю скорость, выжимая из мотора максимум. Алисия прижимает ладони к горящим щекам, глядя перед собой, словно в забытьи. — Пристегнись, — повторяю громче.  Она оживает, суетливо накидывает ремень, щелкает замком.

— Нейтан, нам нельзя… Давай подумаем, поговорим…, — хрупкая  ладонь накрывает мою кисть, стискивающую руль. Неприкрытый страх в ее голосе красноречивее любых вопросов.

— Ничего не бойся рядом со мной, Ли, — твердо произношу я, позволяя нашим взглядам столкнуться. В темноте салона полыхают искры, я вижу их, она тоже. Мир расцветает, когда мы вместе. Ничего не страшно, ничего нет сильнее, никто не способен нас сломить, разрушить. — Не сомневайся. Будь со мной, и ты никогда не пожалеешь, что рискнула.

— Я знаю, Нейт, — с бесконечной нежностью произносит Алиса, Моя волшебная, неземная. — Но могут пострадать другие, — продолжает она, и я начинаю хмуриться. — Мой отец, мама, Камила, твоя семья. Я так ошиблась, когда думала, что смогу убедить Амирана отказаться от брака, но он безумный, одержимый. Ты даже не представляешь, насколько. Он все уже решил… Нас убьют, понимаешь? И тебя и меня.

— Алиса, он до нас не доберётся, — резко выворачиваю руль, съезжаю с трассы на грунтовую дорогу. С одной стороны черные скалы, с другой бесконечные песчаные дюны пустыни Махрус. У нас впереди, как минимум два часа езды по горной дороге, потом ночевка в пустыне, а утром старт в новую свободную жизнь. — Завтра мы уже будем в Дании. Я договорился, нам предоставят убежище. Мы сможем жить так, как пожелаем. Вместе. Как муж и жена. На этот раз королевский ублюдок обломается.