Я сжал руку на ее горле, ярость от глупости девушки застилала мой разум. Алкоголь до сих пор будоражил кровь, но из-за близости с Камелией я находился в полнейшем дурмане.

С каждым вдохом я понимал, что не выдержу. Мой член начал упираться в ее упругие ягодицы, прикрытые тонкой тканью. Если я опять не сдержусь и трахну ее, это будет крах всех этих дней, когда мне почти удалось искоренить заразу из своего сердца.

Разделиться с этой девушкой, которая приковала меня к себе незримым арканом.

— Не зли меня, Камелия. Сейчас я нежен с тобой. А ты опять ведешь себя, как глупая девочка, которая сопротивляется и набивает себе цену, — я чувствовал, как ее дрожь от страха пережитого ночью потихоньку затихает, сменяясь другой дрожью — более интимной и чувственной.

— Не надо… — моя рука потянула за веревочку у ее горла, а пальцы тут же заскользили по пуговицам, распарывая их. Рывком оголил ее грудь, вглядываясь в красноту и шероховатость от ожогов.

Все пройдет. Ты прекрасна.

— Не надо? Ты нуждаешься в лечении.

— Я нуждаюсь в лечении, а не в грязном сексе! — она возвела глаза к небу, и тут я заметил над ее ключицей более глубокий шрам. Пузыри на коже лопались и из них текли струйки крови… сердце сжималось от такого зрелища, но не от отвращения, а от страха. Это место было ранено очень глубоко. Сильнее, чем все остальные поверхностные повреждения.

Я случайно задел это местечко, и она вскрикнула, чуть не оглушив меня.

— Брэндан, я же сказала, не трогай! Боже, какое же ты чудовище! Меня чуть не убили, ты и сейчас хочешь надругаться надо мной!

— Кто тебе сказал, что у нас будет грязный секс? — я поиграл скулами, глядя в отражение ее глаз. — Я уже взял, что хотел. Ничего не изменилось.

— Тогда не трогай…

— Но это не значит, что ты не нуждаешься в лечении, — я поцеловал Камелию в обгоревшее плечо. Кожа была горячей, а не прохладной и нежной, как обычно. Но она жива.

— Я справлюсь сама! — она снова попыталась вырваться и мне это порядком надоело.

— Стой на этом месте. Ни шагу, Я СКАЗАЛ, — я прервал ее попытки убежать на корню и оглядел комнату в поисках того, что мне нужно.

Подойдя к тумбочке, я быстро прочитал рекомендации врача и взял в руку бутылек с прозрачной жидкостью. Бесцеремонно залезая в комод Камелии, я обнаружил ящик с нижним бельем и улыбнулся. Я нанял для нее хороших дизайнеров — ящик был доверху заполнен кружевным и сексуальным бельем, которое я все равно на ней бы порвал. Мой взгляд упал на корсет, и вытянув из него длинную атласную ленту, я кинул ее на кровать. Туда же полетело жемчужное ожерелье, которое она хранила здесь же.

Как это мило, она хранит не только мою заколку, но и вещь, с помощью которой я трахал ее великолепный ротик.

— Что ты делаешь? Ты пьян? — она вдруг принюхалась и поморщилась, мгновенно опешив. — Брэндан, ты меня пугаешь!

— Так и должно быть, Ками, — я снова крепко обнял ее со спины и мой член уперся в прогнувшуюся поясницу девушки.

— Брэндан, прошу, не надо… оставь меня… неужели ты не понимаешь… посмотри на меня… это ужасно.

— Молчи, иначе наша первая ночь покажется тебе невинной забавой, — я провел рукой по ее грудям, задевая ожоги кончиками пальцев.

— Это ты посмотри на себя. Ты красивая. Меня возбуждает каждая клеточка твоего тела. Ты это уже чувствуешь, малыш.

Только я и Камелия. На моих руках было много масла, и я аккуратно провел им по ее израненной коже, сразу замечая, как оно впитывается внутрь ожогов.

— Ох Брэндан… — наконец не выдержала Камелия, откидывая голову на мое плечо.

— Мне нравится твоя грудь, твои соски, которые выдают твое возбуждение, — прошептал, вспоминая их вкус на своем языке. — Твой плоский животик и тонкая талия, — я снова провел ладонью в масле по ее телу, спускаясь ниже. Я прикасался к ее ожогам. — Больно?

— Нет, нет, — начала она, тая в моих объятиях. — Не надо.

— Чтобы я больше не слышал этого слова, — ниже пояса ее кожа была не задета кислотой, но я все равно не удержался и запустил ладонь в масле меж ее ножек. Пальцы легко скользнули по ее складочкам и пробрались к попке. Опьяненный, я не удержался и ввел в нее один влажный палец, от чего она застонала так, будто я только что резко вошел в нее с силой.

— Тсс, девочка, больно? — я начал двигать пальцем, наблюдая за тем, что происходит с ней в зеркале. — Черт, так тесно… ты хочешь мой член здесь?

— Ах, Брэндан… нет…

— Что я сказал?! Чтобы я больше не слышал этого слова! — ее упрямство злило и заводило одновременно.

— А то, что?

— Накажу и перестану нежиться с такой неблагодарной сучкой, vae, — я устал сдерживать эмоции. Бренди давал о себе знать, он напрочь отключил все мои установки, над которыми я столько работал.

В два счета я взял Камелию на руки и слегка кинул на кровать, тут же навалившись на нее, чтоб не сбежала.