Ничего, малышка. Так хочешь трахаться, что не можешь держать ноги сдвинутыми? Я покажу тебе трах. О да, ты такое никогда не забудешь и даже не представляешь, что я для тебя приготовил. Ты будешь умирать в моих руках, умоляя, чтобы я позволил тебе кончить.

Сжигающая ревность оголила все мои провода, вывернула на изнанку. От былого равнодушия не осталось и следа, как бы ни старалась, мать ее, как бы не держал ту самую плотину…

– Где она сейчас? – неожиданно для самого себя, рычу я, задавая вопрос Марку Деймону, которому поручено следить за Эни.

– Объект находится в клубе виртуальной реальности «Космос», сэр, – обескураженным моим тоном, испуганно отвечает Марк.

– Какое удачное стечение обстоятельств. Кажется, мне в голову пришла гениальная идея, – расплываюсь в улыбке, и закрываю экран, с застывшим и мерзким для моего зрения кадром. Прерываю разговор с начальником охраны, и сжимаю руку в кулак, наблюдая за тем, как бугрятся вены под кожей.

– Я покажу тебе, кому принадлежит каждый сантиметр твоей души и тела, – обещаю я, понимая, что надо успокоиться, прислушаться, просчитать… но нет, к черту. Сейчас мне плевать на все, и я уже предвкушаю этот вкус победы, моя девочка.

Ну а когда я наконец дорвусь до желанного лакомства, обязательно наступит пресыщение. И вот тогда я и закончу начатое без лишних эмоций и драмы.

Кэндис

Кэндис. Дневник

Не было никаких смешанных чувств, жара или холода внутри, приступов удушья и паники… не было ничего, ни одного тревожного «звоночка», не считая первоначального удара током за секунду до погружения в виртуальную реальность.

Попасть в эту «игру» – все равно, что уснуть и грезить наяву, оказаться в самом реальном сне, который ты когда-либо видел. На что похоже подобное видение? На саму жизнь. Ты дышишь полной грудью, и ловишь каждое ощущение и чувство и даже не догадываешься о том, что происходящее – обман сознания. Думаю, каждому из нас снились подобные сны, и это ни с чем несравнимое чувство лавирования между двумя параллельными реальностями – материальной и астральной, так трудно объяснить, но легко ощутить…

Я не знала, что я сплю. Я просто внезапно оказалась в точке «X», находясь в состоянии, которое можно сравнить только с тяжелым похмельем. Я не думала о своем прошлом, и даже не помнила о Макколэе, и все мои мысли было сосредоточены на написанном сценарии игры по преодолению своих страхов.

Я иду по длинному коридору, и серые стены, источающие холод и какую-то давящую на сознание пустоту, буквально сдвигаются на меня, заставляя инстинктивно съежиться от приступа клаустрофобии. Несмотря на неприятное чувство, сжимающее желудок в тугой ком, я дотрагиваюсь до одной из них – ледяной камень неприятно покалывает подушечки пальцев.

Без сомнений, я узнаю это место. Я провела в этом аду, неприступной крепости, до краев кишащей безумными нелюдями целых десять лет, и все, что я знаю теперь – моя сестра по-прежнему находится здесь. И если раньше Палач и его люди использовали ее, как игрушку, и девочку для битья, то теперь Эли им надоела, и они перевели ее на другой уровень, нашли очередному зверьку в их адском питомнике иное применение. Я не помню, откуда обладаю такой информацией, но я просто знаю, что мою сестру держат здесь, на этой проклятой базе, где над людьми проводят жуткие и бесчеловечные эксперименты, настолько жестокие, что любой человек бы предпочел смерть, чем годы мучений в этом чистилище.

Пронзительный крик, пробежавший эхом вдоль стен, сквозной пулей проходит через мое сердце и на мгновение я замираю, жадно глотая ртом воздух. Второй женский вскрик, напоминающий предсмертный вой раненной волчицы, переходящий в истошный визг, заставляет каждый волосок на моем теле встать дыбом и закусить в отчаянье губы.

– Умоляю, хватит. Перестаньте. Пожалуйста, не надо, – нервно сглатывая и озираясь по сторонам, слышу душераздирающий плач Элисон. Милая моя, потерпи… потерпи еще немного, сестренка. Я найду тебя и способ как тебе помочь. Все будет хорошо, я обещаю.

Я всегда буду защищать тебя так, как ты защищала меня.

Эли здесь, рядом со мной и прямо сейчас, побежав на ее голос, я смогу увидеть ее, и сделать, наконец, хоть что-нибудь, чтобы прервать ее агонию и боль. Чувствуя ментальное слияние с Эли и то, насколько быстро нарастает ее боль, я бегу со всей дури вперед – и вот уже мои ноги почти не касаются пола, но скорость ударов сердца все равно быстрее, чем моего перемещения в пространстве…

Я вижу перед собой несколько дверей, и с ноги открываю ту, за которой раздаются крики. В ноздри проникает отвратительный запах паленой плоти. Я прекрасно знала, что они вытворяют здесь с Эли и каким пыткам ее подвергают, но открывшаяся моему взору картина привела меня в ужас. Обнаженный страх, испивающий до дна все жизненные силы залпом, не щадя и не жалея…