Я не готов потерять ее — приходит горькое осознание. Не готов расстаться с силой, что она дает мне, когда в душе все меркнет. Мия действительно стала для меня своеобразной мотивацией, проводником энергии для борьбы с Энтони. Я не мог и слова поперек сказать столько лет, а в итоге заткнул его секундным ударом, после которого он скорее всего, не оправиться.

И во второй раз в жизни…я хочу не только брать, поглощать и использовать. Я хочу отдавать. Все, что в моих силах. Хочу одаривать, хочу баловать, хочу оберегать, любить, трахать, ласкать, рычать, терзать, обожать, иметь…ощущать.

Это все. Конец. Конец меня прежнего…

Мия подобрала ко мне «ключ». Возможно, еще на той заправке, почти семь лет назад.

— Ты просто огонь, Киан Морте, — облизывая распухшие губки, подводит итог спонтанного и жаркого секса, изможденная и затисканная детка. — Если бы я могла описать словами, как хорошо мне сейчас…но я не могу. Таких слов не существует в природе, — искренне шепчет Мия, и я знаю, что это не банальность, не заученная фраза, которые часто изучают и используют женщины для осуществления своих коварных манипуляций.

— Хвали меня, bella, — сжимаю упругие ягодицы птички в ладонях. — Мне это нравится.

— Я знаю, что еще тебе нравится, — игриво замечает Мия, покрывая беглыми поцелуями зону моих ключиц. Инстинктивно опускаю ее ножки на пол. И совершенно не ожидаю того, что она присядет на корточки, не разрывая зрительного контакта. С этого ракурса мне отлично видно её грудь и я не знаю, куда мне нравится смотреть больше: в её покорные глаза с оттенком мятежности и сексуальности или на острые пики сосков, которые всегда так призывно встают и манят. Или на округлую задницу, слегка отведенную назад?

— Черт, малышка… — рычу я, запуская ладонь в мягкие волосы, когда ощущаю ловкий язык Ми, скользящий вдоль линий моего напряженного пресса. Опускаясь ниже, она обводит порхающими и лижущими поцелуями вздутые вены, ведущие к основанию вновь набухающего ствола. — Ты голодная? — усмехаюсь я, предвкушая полное погружение в жаркую и влажную полость ее маленького рта и горла.

В тот момент, когда я уже рисую себе перед внутренним взором, как буду наблюдать за движениями языка Мии по моему члену в отражении зеркала, Мия замирает. Я совершенно не понимаю, что может остановить ее сейчас, в такой разгоряченный момент и прикрыв веки, сильнее собираю ее волосы на затылке, активнее направляя вниз. Туда, где ненасытную крошку ждет вновь набирающий свой максимальный объем и размер, член.

— Это ключ, — вдруг слышу на удивленном выдохе я.

Хм, мне больше нравится, когда ты называешь все своими именами, птичка. Но если тебе нравится слово «ключ», то пусть будет ключ. Только бы его конец ближайшие пару секунд оказался в замке из твоих губ и горла…

— Киан, почему мой ключ был в твоем кармане? — ее фраза действует на меня, как звук навязчивого будильника, вырывающего из приятного сна. Я не сразу понимаю, о чем она вообще говорит и какого черта Мия вообще еще разговаривает. Для ее языка и губ сейчас есть занятие поинтересней.

— Киан, ты меня слышишь? — я опускаю голову вниз, и с трудом концентрируюсь на Мие. Она встает на ноги. К моему сожалению, на ее лице уже нет прежнего вожделения и игривого выражения.

Черт, и я не виню ее в этом.

— Тот самый ключ, о котором я вспомнила! Он был у тебя в кармане. Я увидела его на полу, рядом с твоими брюками, — напряженным тоном пытает меня малышка, выстреливая своим возмущенным взглядом. В ее глазах отражены тысячи негативных догадок и предположений, которые я тут же обрубаю на корню:

— Я нашел этот ключ здесь. Хотел рассказать о нем тебе, но ты же на меня набросилась, — мой голос звучит ровно до тех пор, пока я не натягиваю на себя спортивные штаны. Придется сковать ими свою болезненную эрекцию, у которой не будет продолжения судя по воодушевленному взору Мии.

— Правда? Боже…я уж было подумала…что это странно. Что он был у тебя, — обескураженно лепечет девушка, изучая ключ сосредоточенным взглядом, пока я издаю тихое шипение, стараясь не смотреть на ее соблазнительный рот.

Я мог бы взять, заставить ее отстать мне прямо сейчас, а потом уже приступить к разгадке века. Но не стану этого делать. Слишком сильно меня раздирает любопытство, от одной лишь мысли, что сейчас мы вместе откроем чертову шкатулку Мелодии и Джеймса. Уверен, что именно там спрятано много ответов. Ведь это кажется вполне логичным. Если бы я захотел передать Антею что-то бесценное и важное, что дошло бы до него, сквозь время и пространство, я бы уж точно попытался зашифровать это так, чтобы послание получил только мой сын.

Да и если на то пошло, то шкатулка Амелии привлекает свое внимание размером. В ней вполне может поместиться образец препарата с подробным описанием его состава, хотя на это, наверное, рассчитывать глупо.