Белль пожала плечами и закинула вишенку в рот, сидя за столом во время завтрака.

– Ну и что? Ты можешь меня научить. К тому же я много на ком скакала в своей жизни, только не без защиты. – Она подмигнула. – Безопасность превыше всего.

– Спасибо, что испортила завтрак. – Сейлор отсалютовала Белль стаканом апельсинового сока.

– Нет, ну правда, кто ездит на ранчо и не занимается верховой ездой? – поинтересовалась Белль.

Моя сестра была права.

– Киллиану не понравится, если мы возьмем его лошадей, – предупредила Эш.

– Киллиану вообще ничего не нравится, – огрызнулась я слишком резко.

Сейлор фыркнула в свой апельсиновый сок.

– Вот уж точно. А вообще я думаю, что это отличная мысль. Не только потому, что это разозлит мужа Перси, но и потому, что возможность покататься на таких лошадях, как у Киллиана, выпадает нечасто. Каждая из них стоит по триста тысяч или около того. К сожалению, – она похлопала себя по округлившемуся животу, – мне покататься не светит. Но я буду болеть за вас с пакетом чипсов в руках. Проживу этот момент опосредованно через вас.

Потребность утереть Киллу нос была намного сильнее страха взобраться на зверя весом под тонну, который одним неловким движением мог сломать мне шею.

– Вообще-то, я согласна. Думаю, нам стоит покататься, – прощебетала я.

– Серьезно? – Все собравшиеся за столом удивленно на меня посмотрели. Я точно не славилась своей бунтарской жилкой. Я кивнула. Давно пора попробовать что-то новое. А раз настоящие отношения с мужем не входили в число таких возможностей, то почему бы не заняться верховой ездой?

– Но Киллиан… – начала Эш.

– Я с ним разберусь. – Я подняла руку, чтобы ее остановить. – Скажи ему, что я приставила дуло к твоему виску, если придется.

– Тогда ладно. – Эшлинг хлопнула в ладоши. – Давайте переоденемся и встретимся у конюшни через час.

Как и договорились, я переоделась, а потом встретилась с Эш и Белль возле конюшни. Эшлинг, которая училась ездить верхом с ранних лет, как и оба ее брата, под уздцы вывела Гамильтона из стойла и с улыбкой похлопала его по коричневой шерсти.

– Он самый милый из всех. На нем я училась кататься, когда стала великовата для пони.

– Блин, Эш. Ничего милее в жизни не слышала. – Белль рассматривала свою задницу в обтягивающих брюках для верховой езды через камеру телефона.

Эш вывела Гамильтона из конюшни и пустила его легким галопом. Она объяснила нам основы анатомии лошади, подаваемые ими сигналы и их значение. По пути из конюшни к тропе мы столкнулись с Хантером, Сэмом и Дэвоном. Дорога, словно лента, вилась вокруг застланной туманом горы.

Как только мы вышли из конюшни, в нее зашли мужчины.

– Вы тоже поедете? – спросила Эшлинг, покраснев как помидор, как только увидела Сэма. А он, верный самому себе, пронесся мимо, даже не удостоив ее взглядом.

Он не был груб с младшей сестрой своего босса и лучшего друга. Но, несомненно, даже не рассматривал ее как вариант.

– Точняк. – Хантер потрепал ее по волосам и лопнул пузырь жвачки. – А где моя вторая половина?

– В коттедже читает.

– Отлично. Единственный жеребец, с которым она должна проводить время, пока беременна, это я. Дэв, можешь помочь Белль забраться на лошадь? Я займусь Перси.

– Мне не нужна помощь, – возразила Белль.

Дэвон прошелся по моей сестре таким взглядом, будто она его любимый десерт, а его губы тронула зловещая улыбка.

– Мне нравится ее пыл, Хант. – Дэвон указал большим пальцем на мою сестру.

– Прекрасно, – прощебетала она, – потому что ты заработаешь ожоги третьей степени, если будешь и дальше меня объективировать.

– Он не объективирует тебя. – Хантер помотал головой. – А пытается сохранить тебе жизнь. Ты никогда не ездила верхом.

– Эш может нам помочь. – Я присела, чтобы поправить сапоги для езды.

Пропустив мои слова мимо ушей, Хантер поднял меня с земли, будто ящик для молочной тары, и понес к Гамильтону. Он отвязал поводья, сунул мою ногу в стремя и, придерживая за талию, помог забраться в седло.

– Эш, конечно, молодец, но она не профессионал. Если на тебе будет хоть одна царапинка, когда я приведу тебя обратно, твой муж пустит мне кровь из всех мест, включая те, каких даже нет на моем теле.

– Он прав, – виновато улыбнулась Эшлинг. – И по поводу моих навыков верховой езды, и насчет Килла.

– Киллиан в упор меня не замечает.

– И все равно ты принадлежишь ему, – констатировал Сэм деловым тоном. – Мне не нужно сидеть в салоне собственной машины, дабы не желать, чтобы ее кто-то поцарапал.

– Скажите мне, что он не говорил того, что я услышала. – Белль, нахмурившись, указала на Сэма.

Сэм, как всегда невозмутимый, выпрямился во весь рост.

– Какой драматизм, Пенроуз.

– Какой шовинизм, Бреннан.