Лукас почти сразу отпустил меня, и я двинулся к столику, за которым сидела София. У меня снова был только один вопрос. Примерно такой же, какой я задал ее мужу.

– Сеньора Санчес, – кивнул я, садясь на диванчик напротив нее.

– Я ничего не скажу о бизнесе мужа, – сразу обозначилась женщина, опустив руки. Даже такой простой жест отдавал грациозностью.

– Меня не интересуют его дела, – отрезал я, набирая побольше воздуха в грудь. – Анна и Гаспар Муньос, «Утренняя Заря», что там произошло?

Из ее взгляда тут же пропали враждебные нотки, сменились любопытством. София прищурилась, с интересом разглядывая меня несколько секунд, будто хотела просканировать. Я смотрел в ответ, пытаясь прочесть эмоции, хотя женщина ее положения профессионально умела их скрывать.

Наконец София с пониманием кивнула:

– Ты похож на Гаспара.

Я едва не дернулся от этих слов. Наверное, София заметила, как я сжал челюсть. Еще никогда в жизни я не слышал таких сравнений. Похож на Гаспара. На своего отца.

Отца, которого никогда в жизни даже и не видел.

– Почему они мертвы?

– Разве ты не спрашивал у Карлоса?

– Вы думаете, он ответил? – Я насмешливо поднял брови.

– А ты думаешь, что я скажу и сдам мужа?

– Плевать мне на него, меня интересует только их история, – припечатал я, неосознанно подавшись вперед. Лукас дернулся в нашу сторону. Я откинулся на спинку дивана, кивнув ему, показывая, что все в порядке. Я не собирался нападать на его мать. Я еще не совсем потерял контроль.

– «Утреннюю Зарю» создали три семьи: Перес, Санчес и Муньос. Я знаю, что твоих родителей записали в нежить, но они никогда не принадлежали к низшему слою, – ответила женщина, а я слушал, затаив дыхание, словно маленький мальчик, которому рассказывали сказку о событиях, которых никогда и не было. – Когда мы только приехали в город, Анна и Гаспар поехали за нами, тогда же мы все познакомились и с Фелипе, он взял нас под крыло, – ее взгляд устремился в окно, а мне оставалось лишь собрать свое терпение в кулак. Хотелось потрясти ее за плечи, чтобы рассказ слетал с накрашенных губ быстрее. – В то время закон ничего не значил, как и сейчас, в принципе. Но тогда все было еще хуже. – София усмехнулась. – Через «Утреннюю Зарю» выводились деньги с продажи наркотиков и поставок оружия. Твоя мать была набожной, поэтому выбор и пал на полусгнившую церквушку. Анна ходила на службы, там же познакомилась с Розой Гонсалес, а потом твои мать и отец переметнулись к Гонсалесу.

Я тяжело сглотнул и глянул на море за стеклом. Вот бы в нем утопиться, лишь бы не слышать всего, что она говорила. Может быть, правда действительно не всегда нужна.

– Не знаю, что за дела с тем полицейским, но когда Арию Перес и Розу убили, «Зарю» пришлось закрыть, пока не поползли слухи. Но твоих родителей это не устроило, они стали копать и в итоге закончили в аварии. Их погубили не наркотики, – проговорила София, заставив меня вздрогнуть. Слова, прозвучавшие как приговор. Слова, прозвучавшие как гром среди ясного неба. Я нахмурился, сцепив ладони в замок перед собой, пытаясь унять внезапное головокружение.

Мои родители не законченные наркоманы, как я думал всю жизнь. Черт возьми, они те, из-за кого начались все ужасы, что нам пришлось пережить.

– Авария была подстроена?

– Конечно.

– И, конечно, вы не скажете, чьих рук дело?

– Я уже сказала, что не буду говорить о муже, – с намеком произнесла женщина. Да и гадать было особо не о чем. Карлос ведь сам тогда признался, что Ария и Роза начали много болтать.

Черт.

Теперь разбросанная картинка сложилась в ровный, красивый узор паутинки. Наши поиски оказались не бессмысленными. Мои поиски. Мы все же докопались до правды. Осталось только научиться с ней жить.

Как я буду смотреть в глаза Аарона, зная, что с моих родителей началось то, что погубило его мать? А красотке? Каково будет ей после таких новостей?

– Спасибо, – я посмотрел на Софию. Она изучала меня, скользя взглядом по лицу, белоснежной рубашке, пиджаку, часам на запястье. Такое внимание, признаться, даже настораживало.

– Не за что, – улыбнулась она, а я почему-то вспомнил Лукаса. Его звериный оскал мало походил на кроткую улыбку этой женщины. Хотя казалось, что она запросто могла всадить нож мне в сердце и не потерять при этом доброжелательного вида. И то, как она защищала мужа… не думаю, что София обрадовалась бы, узнав, что это Лукас дал нам зацепку.

– Прощайте.

– Каждый заслуживает правды, надеюсь, ты ее сохранишь. – Я не хотел думать о том, что это могло значить. Единственное место, в котором я хотел сейчас оказаться, – квартира Анабель. Хотелось обнять ее, взять на руки Генри и снова почувствовать, что моя жизнь не так ужасна.

Я поднялся из-за столика, Лукас тоже пришел в движение, поравнявшись со мной около выхода.

– Спасибо за эту встречу, – бросил я.

– Спасибо, что не сдал тогда в доме и сейчас.