Игривая и сексуальная, когда нам следовало бы быть безжалостными и злыми… И все же мне хотелось заставить негодяя прождать минут пять, чтобы жена пососала мой член.

Талия высунула свой розовый язык, смочив кончик головки, а потом дразняще обвела вокруг него. Схватив Талию за светлые локоны, я пригвоздил ее к месту свирепым взглядом.

— Обхвати мой член своими толстыми губами, — прорычал я.

— Толстыми? — нахмурилась она.

«О, Господи Иисусе!»

— Полными. Сочными. Идеальными. Твои губы созданы, чтобы сосать мой член. Давай же, Талия.

Она улыбнулась, прежде чем обхватить губами мой большой и жилистый член, принявшись трахать меня своим ртом. Я издал довольный стон и выгнул бедра, чуть толкнувшись ей в горло. Талия царапнула зубами мою плоть и предупреждающе сверкнула на меня своими голубыми глазами. Приняв вызов, я снова толкнулся. Она стала давиться, но целеустремленно заглотила член, куснув меня почти у самого основания. Ее щеки втянулись, когда Талия стала сосать мою головку, жестко и непреклонно, словно могла высосать из меня всю сперму таким простым маневром. Это даже почти сработало. Рыкнув, я снова толкнулся в ее горло. Она судорожно попыталась вдохнуть, когда головка скользнула в ее теплую и узкую глотку.

Талия была так чертовски прекрасна, когда пыталась заглотить меня глубже. Ее глаза уже слезились.

— Я сейчас кончу тебе в горло, а ночью трахну в задницу, — самодовольно сказал я, заставляя ее бросить мне вызов.

Однако Талия не стала спорить — это было сложно с девятидюймовым членом в горле, который она заглотила, как какой-то леденец. Ее тонкие пальцы стали поглаживать мои яйца, а потом она слегка развернула их, напоминая, что поза на коленях передо мной еще ничего не значила.

«Черт. Это. Она. Мной. Владела».

От вида жены, словно поклонявшейся мне сейчас, и от прикосновений к яйцам монстра, я зарычал, достигая освобождения. Талия заглотила меня еще глубже, как только первые капли спермы стрельнули ей в горло. Я зашипел, снова толкнувшись к ней в глотку. И так и замер, пока последние остатки спермы не выстрелили в глубины ее горячего горла. После я резко отстранился.

Талия поднялась на ноги и поцеловала меня, одновременно с тем запихивая мой влажный член обратно в брюки.

— Хороший мальчик, — промурлыкала она. — А теперь пошли пытать того ублюдка.

«Истинная любовь, мать вашу». 

***** 

Талия прислонилась к стене, спокойно наблюдая, как Феникс расхаживал перед Фаулером. Адриан забрал его телефон и уже выслеживал разные местоположения обладателей номеров. Он будет пытаться получить информацию, работая с технической стороной вопроса, а я давно привычным способом: грубой силой.

Фаулер теперь сидел без рубашки, его пулевые ранения залили суперклеем, чтобы остановить кровотечение. Это дерьмо чертовски болезненное. Собственно, чего мы и добивались. И все станет только хуже.

— Где Арис? — холодно спросил я, теребя острие ножа.

Он плюнул Фениксу под ноги.

— Да пошел ты.

Феникс дал ему пощечину, и Фаулер охнул от удивления. Подобные ему мужчины могли сносить удары. Но пощечины, словно те были какими-то чертовыми девчонками — здорово их раздражали. Фаулер недоверчиво посмотрел на Феникса.

— Скажи нам, где мой брат, и мы оставим тебя в живых, — я вдруг ухмыльнулся. — Черт, мужик, да я даже сказать это с невозмутимым выражением лица не могу. Давай сформулируем иначе? Мы убьет тебя совсем быстро, если все расскажешь.

— Я ни хрена вам не скажу, — выплюнул он.

— Значит, тебе не нужен язык? — я шагнул вперед, с наслаждением увидев, как его глаза расширились.

— Он не успел мне сказать, прежде чем твоя шлюха… — начал Фаулер.

Феникс снова дал ему пощечину.

— Ее зовут Талия. Используй имя, — рыкнул он.

Фаулер разозлился, но, стиснув зубы, решил подчиниться.

— Талия вмешалась.

— Дай нам хоть что-то, — спокойно отозвался я. — Что угодно.

— А что дадите взамен? — попытался торговаться Фаулер. — Может, я и расскажу, что знаю, но мне нужна плата.

— Дашь мне информацию, и я тебя не трону, — я усмехнулся. — Доверишься?

— Совсем не верю, — нахмурился он.

— У тебя не так уж много вариантов, — напомнила ему Талия.

Фаулер резко повернул к ней голову и одарил сердитым взглядом, но прежде смело осмотрел ее тело. Этот ублюдок точно хотел умереть. Он думал, что нашел выход. Вот только если он продолжит открыто окидывать мою жену непристойными взглядами, я прикончу его немедленно и поставлю точку. Когда он многозначительно облизнул губы, я уже подумал осуществить задумку, но Феникс снова ударил его по лицу, сбивая спесь.

— Какого хрена, чувак? — воскликнул Фаулер. — Прекрати давать мне пощечины.

Феникс усмехнулся.