— Я должен встретиться с моим клиентом прямо сейчас. Иди наверх и устраивайся удобней. Позже мы вместе поужинаем. Дюбуа принесет багаж. Скажи ему, если тебе что-нибудь понадобится.

— Ясно.

Мое разочарование заметно, и он шагает ко мне.

— Джесс, пожалуйста, не делай так. Улыбнись. Выходные только начались. Просто позволь мне уладить дела, а затем, обещаю, я придумаю что-нибудь для тебя.

Он прикасается губами к моим и сладко целует меня. Хочу, чтобы он отвел меня в номер и занялся со мной любовью. Я становлюсь зависимой от его прикосновений и от необходимости видеть его каждый день. Разлука с ним, пусть всего на несколько часов, выворачивает меня на изнанку.

Когда он отрывается от меня и усмехается, я вздыхаю и улыбаюсь ему в ответ. Он сексуален, да еще и красив. От него всегда исходит невинность, и я хватаюсь за нее. Есть что-то такое в Браксе, что я хочу защищать. Но есть и его плохая сторона, которую я тоже люблю. Сторона, которая иногда ранит меня, но мне это нравится, и я хочу большего. Когда его гнев утихает, появляется нежный Брэкстон и исправляет все своими боготворящими поцелуями и ласками. Он сбивает с толку своей многогранностью, но я хочу заполучить все грани человека, стоящего передо мной.

Все усложнится, если по истечению нашего контракта он решит, что не хочет меня.

— Пока. — Я машу рукой и посылаю ему воздушный поцелуй. — Постараюсь не слишком часто попадать в неприятности.

Его глаза темнеют, но он не следует за мной в лифт. Я вижу, что он предпочел бы остаться со мной, но дела не ждут. Лифт закрывается, и моя улыбка пропадает. Чувствую, как будто отделяюсь от него. И мне не нравится это чувство.

Я пристрастилась к нему.

Жажду его.

Он нужен мне больше, чем героин.

Бракс — мой наркотик.

Полагаю, есть пристрастия и похуже.

Лифт начинает подниматься наверх, и улыбка вновь появляется на моих губах. Когда лифт достигает этажа под пентхаусом, помеченным буквой «Б» вместо номера, звучит сигнал. Двери открываются, и я поднимаю взгляд.

Этот запах буквально душит меня. Мир начинает быстро вращается вокруг своей оси. Ад, от которого я так старалась сбежать, уничтожает меня одним удивленным, но удовлетворенным взглядом.

Нет! Нет! Нет!

— Дж-Дж-Джимми, что ты здесь делаешь? — заикаюсь я. Моя кожа становится холодной, и колени слабеют при взгляде на него. Это было так давно, но он не сильно изменился. Появилось немного седины на висках, но, кроме этого, он такой же.

Все тот же озлобленный мужчина.

Все тот же извращенный ублюдок.

— Так ты сейчас британка, Персик? — с издевкой спрашивает он. — Ты всегда была хорошей актрисой. — Он входит в лифт, но вставляет ногу между дверьми. — Я скучал по тебе, Джессика. Шесть лет — длинный срок, чтобы задаться вопросом, где же моя жена. Я нашел тебя в Лондоне, где ты была шлюхой, но затем ты вновь исчезла. Теперь я знаю. Ты — грязная шлюха Брэкстона Кеннеди. — Он бросает взгляд на золотой ремешок в моей руке.

Ужас накрывает меня, и я стараюсь обойти этого мужчину. Он хватает меня за плечо, жестокими пальцами оставляя синяки, и затягивает обратно внутрь. Я визжу, когда он толкает меня к стене рядом с панелью кнопок. Дотянувшись до кнопки «Г», я нажимаю на нее. Двери начинают закрываться, но его нога останавливает их.

Он отпускает мою руку и сжимает горло. Слезы текут по моим щекам, и я бью его, чтобы он отпустил меня.

— Думала, что я никогда тебя не найду? Да ты понятия не имеешь, сколько денег я потратил, чтобы следить за тобой. В Лондоне пришлось попотеть, потому что на какое-то время ты исчезла. Но потом мои источники привели меня к твоему маленькому бойфренду.

Знает ли Бракс этого жесткого ублюдка?

Он не может знать. Я отказываюсь верить в это. Таких мудаков, как Джимми, Брэкстон не жалует

— Отпусти меня! — шиплю я.

Его хватка усиливается, и он бьет меня головой о стену позади меня. Мне так больно, что искры сыплются из глаз, а ноги подкашиваются. Когда я начинаю оседать, он прижимает меня к стене.

— Я скажу ему, — выдавливаю я, — что ты сделал со мной.

Он смеется, и это ужасно. Холод пробирает меня до костей. Меня охватывают воспоминания о жизни с ним, и меня тошнит. Ненавижу его. Ненавижу человека, за которым была замужем.

— Я мог бы легко уничтожить Брэкстона Кеннеди, Персик. Мы оба знаем, что у меня есть для этого все возможности. А еще ты и я знаем, что он ходит по тонкой грани закона. А моя власть растет. Через несколько лет я буду баллотироваться на пост президента. Вот так, сука. Он ничто, и ты ничто. Ты принадлежишь мне, и теперь я точно знаю, где тебя найти.