Я опустилась на кровать. Я обещала Кассио не переезжать в другую комнату, но сейчас не была уверена, что хочу сдержать это обещание. Не была уверена, что смогу остаться, по крайней мере, до тех пор, пока он не просветит меня в случившемся. Я не хотела бояться своего мужа, но прямо сейчас боялась.

Раздались крики Даниэле, и я встала, а затем поспешила в его комнату. Кассио попытался переодеть его в пижамные штаны, но Даниэле сопротивлялся. Наконец Кассио отпустил его, и Даниэле поспешил ко мне, обнимая мои ноги.

Когда Кассио выпрямился, он был похож на раненого зверя.

— Можешь… — его голос был хриплым, челюсти плотно сжаты.

Я кивнула и подняла Даниэле на руки. Кассио печально смотрел, как я переодеваю Даниэле в пижаму и укладываю его в постель. Кассио коротко поцеловал Даниэле в лоб, прежде чем мы с ним вышли и выключили свет.

Пока мы стояли в коридоре, вокруг нас с Кассио сгустилась тишина.

— Скажи мне правду. Если ты хочешь, чтобы наш брак удался, если я хоть что-то значу для тебя, расскажи мне, что произошло, — взмолилась я.

Кассио посмотрел на мою забинтованную руку. Его рубашка была наполовину расстегнута, и он выглядел измученным.

— Мне необходимо выпить. Не присоединишься ко мне? — он протянул мне руку.

Я замялась, но, увидев страдальческое выражение его лица, взяла его за руку и последовала за ним вниз.

Сибилла задержалась в коридоре с озабоченным выражением лица.

— Я приготовила минестроне. Он стоит на кухне. Я не была уверена, что вы собираетесь поужинать… — она замолчала. Вероятно, она слышала шум драки и видела, как Кристиан выбежал из дома.

— Мы не голодны. Иди домой, — отрезал Кассио.

Сибилла искала мой взгляд. Я улыбнулась.

— Спасибо, что приготовила нам ужин. Желаю тебе приятно провести вечер с твоим мужем.

Она помедлила, потом схватила сумочку и пальто и выскользнула из дома. Кассио сжал мою руку и потащил меня в гостиную. В камине, как и каждый вечер, горел огонь. Обычно это зрелище согревало меня изнутри, но сейчас оно никак не могло рассеять холодное чувство страха. Он отпустил меня и направился к бару с напитками. Я опустилась в одно из кресел, вытянув голые ноги, наслаждаясь теплом камина.

— Приготовь и мне что-нибудь выпить.

Кассио издал негромкий звук, выражая свое неудовольствие, но через пару минут протянул стакан с примерно дюймовой янтарной жидкостью. Я взяла и сделала глоток.

Кассио опустился в кресло рядом со мной, перекатывая кубик льда в своем стакане. Его глаза были устремлены на меня.

— Я знал, что до этого дойдет. По-другому и быть не могло. Все должно было закончиться именно так.

— Это еще не конец всему, — сказала я. — Не конец, если ты этого не позволишь. Неужели ты хочешь потерять меня?

Кассио сделал большой глоток и горько улыбнулся.

— Разве я уже не потерял?

— Нет, но потеряешь, если не перестанешь скрывать от меня правду. То, что случилось сегодня… я не могу прийти в себя, пока ты не расскажешь мне, что заставило тебя так поступить. Помоги мне понять.

Кассио допил остатки своего напитка. Он смотрел на огонь и горько улыбался.

Мой телефон зазвонил, заставив меня подпрыгнуть. Лицо Кассио потемнело, но я подняла трубку. Мне не нужно было смотреть на экран, чтобы узнать, кто это был.

— Я в полном порядке, Кристиан.

— Я связался с несколькими своими верными людьми в Балтиморе. Папа не будет вмешиваться, но я сделаю это, если захочешь. Просто скажи, и я освобожу тебя от него.

Это было предательством. Учитывая, как плохо обстояли дела в Фамилье на данный момент, и насколько непостоянным был Лука, я не могла позволить Кристиану поддерживать эти идеи.

— Нет. Я в полном порядке, честное слово. Мы можем поговорить завтра.

— Джулия…

— Завтра, — я повесила трубку. — Этот взгляд нуждается в объяснении, Кассио.

Он поднял бровь, будто не понимал, о чем я говорю. Я ни на секунду в это не поверила. Его глаза буквально горели от злой ревности, когда я разговаривала с Кристианом. Это было нечто такое, чего даже я не могла понять.

— Как ты вообще можешь думать, что у меня что-то с моим собственным братом?

Допив половину своего стакана, я встала и опустилась перед ним на колени, коснувшись его сжатого кулака, лежащего на бедре. Он разжал его, чтобы я могла соединить наши пальцы. За гневом и подозрением в его глазах скрывались глубокая боль и уязвимость. Именно последнее приглушило мою собственную ярость из-за совершенного.

— Пожалуйста, скажи мне правду.

Кассио наклонился и нежно поцеловал меня.

Я нахмурилась. Сейчас был неподходящий момент для физической близости. Мне необходимы были ответы.

— Мне нужен был этот последний поцелуй, прежде чем ты всегда будешь смотреть на меня так, как смотрела, когда я напал на Кристиана. — он откинулся назад, снова глядя в огонь. — Я убил свою первую жену.