Взгляд Кассио метнулся ко мне. Его глаза медленно скользнули по моему полуодетому телу, и выражение его лица превратилось в чистую ярость.

Он швырнул Кристиана на пол, достал нож из кобуры и опустился коленями на грудь моего брата. У меня кровь застыла в жилах. Кассио прижал сверкающий клинок к горлу Кристиана. Тут же хлынула кровь. Что здесь происходит?

Я бросилась вперед и схватила его за руку, пытаясь оттащить.

— Кассио, что ты делаешь? Прекрати! Прекрати, пожалуйста!

Кассио наклонился, приблизив свое лицо к Кристиану, игнорируя мои тщетные попытки остановить его.

— Какого блядь хуя ты делаешь наедине с моей женой?

Мне потребовалось несколько ударов сердца, чтобы его слова просочились сквозь туман моего ужаса.

— Кассио, ты что, совсем с ума сошел? Это же мой брат! Отпусти его сейчас же!

Кристиан попытался освободиться, но вес Кассио давил ему на грудь, а нож упирался в сонную артерию. Он не мог говорить. Его лицо становилось все более красным, а глаза-безумными.

— Пожалуйста, умоляю тебя, отпусти его. Что бы ты там ни думал, это не так!

Кассио никак не отреагировал.

В коридоре послышалось шарканье ног. Я посмотрела на дверь, но ничего не увидела. Кассио замер, проследив за моим взглядом. Это должен был быть Даниэле. Кассио резко отпустил Кристиана и вскочил на ноги, спрятав нож за спину за мгновение до того, как Даниэле появился в дверях. Волосы у него были взъерошены, а лицо сонное. Он перевел взгляд с Кристиана на меня, стоявшего на коленях рядом с ним, и на Кассио. Кристиан прижимал ладонь к кровоточащему горлу, так что Даниэле ничего не было видно.

Кассио, держа руку с ножом за спиной, приблизился к Даниэле. Прежняя страшная ярость была скрыта за приятной маской. Он присел на корточки перед сыном. Даниэле смотрел на меня, явно не понимая, что происходит. Значит, нас было двое. Мое сердце бешено колотилось в груди, а ужас все еще сжимал горло, но мне удалось улыбнуться.

— Почему бы тебе не отправиться в свою комнату и не поиграть в другую игру? Я скоро уложу тебя в постель, — пробормотал Кассио нарочито спокойным голосом.

Даниэле схватил свой планшет и медленно побрел прочь. Через несколько секунд я услышала, как захлопнулась дверь его комнаты, и Кассио повернулся к нам, закрывая дверь. Кристиан с трудом поднялся на ноги, его тело напряглось. Я встала между братом и мужем, твердо решив не допустить новой атаки Кассио.

Глаза Кассио пронзили меня холодным страхом. Он только взглянул на Кристиана. Краем глаза я заметила, как мой брат вытащил свой собственный нож.

— Спрашиваю в последний раз. Что. Ты. Здесь. Делаешь?

— Вот почему Андреа исчез? — выдавил Кристиан.

Кассио, пошатываясь, шагнул вперед. Я попыталась оттолкнуть его, но он был слишком силен. Мужчины начали сцепляться.

— Кассио, пожалуйста!

Яростная боль обожгла мне руку, и я закричала. Кассио отпрянул назад, его глаза расширились, посмотрев на меня сверху вниз. Из длинного неглубокого пореза на моем предплечье сочилась кровь.

— Ты… — прорычал он Кристиану.

— Это был ты, Кассио. Ты сделал мне больно в своей слепой ярости, — солгала я. Я не была уверена, кто меня порезал, и это было не так уж ужасно, даже если это сильно горело. Я сжала рану ладонью, дрожа всем телом.

Кассио сделал шаг назад. Он посмотрел на свой нож, испачканный кровью. Мой брат вложил свой нож в ножны, но не сводил глаз с моего мужа, когда тот спросил меня:

— Должен ли я отвести тебя к врачу?

У Кассио напряглась челюсть.

— Нет, — твердо сказала я. — Уходи, сейчас.

— Джулия…

— Уходи!

Кассио резко выдохнул, его ноздри раздулись, увидев, как кровь сочится между моими пальцами.

Кристиан медленно попятился, не поворачиваясь спиной к Кассио.

— Я позвоню тебе через тридцать минут.

Я слегка кивнула, ошеломленная случившимся и совершенно не понимая, почему Кассио так отреагировал.

Прежде чем мой брат успел выскользнуть, Кассио тихо сказал:

— Тебе негде будет спрятаться, если я узнаю, что ты предал меня, Кристиан. Даже Балтимор не станет твоим убежищем, если я захочу твоей смерти.

— Если ты причинишь боль Джулии, я найду и убью тебя, Кассио.

Кассио бросил на моего брата мрачный взгляд. Кристиан исчез.

Внезапно я засомневалась, стоит ли отсылать его прочь. Кассио потерял рассудок несколько минут назад без всякой видимой причины. Его жена умерла… или была убита, и никто ничего об этом не знал.

Наши глаза встретились, и страшная ярость утихла. То, что осталось, было явным недоверием и намеком на чувство вины. Он вложил нож в ножны и придвинулся ближе. Я напряглась, не зная, чего ожидать после того, чему стала свидетелем.

— Я не собираюсь причинять тебе боль, — пророкотал он с ноткой сожаления в голосе.