Он едва успел застегнуть брюки, когда я убежала, в последний раз оглянувшись через плечо, прежде чем выскользнуть из темноты коридора.

Гнев позвал меня по имени, вернув в настоящее. У меня никогда не было такого видения, и я понятия не имела, что с ним делать. Оно не было похоже на магию этого мира. Скорее, на воспоминание.

Гнев прикоснулся к моей щеке, его голос был тихим.

– Эмилия…

– Я…

Я отошла от него на необходимое нам обоим расстояние, внимательно обдумывая свои следующие слова. Я чувствовала себя так, словно теряла связь с реальностью.

На его лице отразилось беспокойство, поэтому я изо всех сил старалась снова вернуть себя в это чувство гордости. Чтобы использовать его в своих интересах.

Я намеренно переключила внимание на его брюки: там больше не было никаких признаков влечения или похоти. Видимо, мое отвлечение не осталось незамеченным.

Я резко улыбнулась ему.

– Кажется, наш урок окончен.

Прежде чем моя маска соскользнула, я развернулась на пяточках и направилась к двери. Произошло что-то странное. И это, казалось, происходило всякий раз, когда у нас с Гневом был момент страсти.

Если это были воспоминания, а не иллюзии, созданные этим миром… тогда я, кажется, раскрыла еще один секрет Гнева. Только я понятия не имела, как такое могло быть возможно.

Но я, черт возьми, собиралась это выяснить.

Снежинки злобно танцевали за моим окном.

Иней полз по стеклам, как зимние лозы. Я села на широкий подоконник, глядя на мир, покрытый свежим слоем снега. Ночь быстро приближалась, окрашивая все в глубокие оттенки синего. Прошло два дня с тех пор, как я в последний раз видела принца этого круга. Я избегала его после видения, до сих пор не зная, было ли это воспоминанием или фантазией. Оно могло быть чем-то, наколдованным этим царством, но настолько реальным, что от него было трудно избавиться.

Смотрительница Проклятий и Ядов еще не вернулась, и я не хотела никому рассказывать о том, что видела или пережила. Я надеялась, что она сможет создать какое-нибудь средство или, возможно, знает о какой-либо магии, которая откроет правду, скрытую во мне.

Если это было воспоминание, то я бывала в этом мире раньше. И Гнев, и я… Я не могла понять, как он притворился, что не знает меня в Палермо. Однако временами я задавалась вопросом, откуда он узнал подробности, которыми я не поделилась. Как и тем, где я жила. Моим именем. Я успокаивала себя, думая, что это как-то связано с тем, что, как я считала, было заклинанием его возрождения – той ночью, когда на меня напала Випирида, на несколько мгновений мы были в мыслях друг друга.

Было ли это связано с тем, что сейчас происходит? Возможно, я заглядывала в его воспоминания, видела его с кем-то другим. Может быть, я видела мир ее глазами, заново переживая ее воспоминания. Я знала, что демоны могут владеть людьми, но никогда не слышала, чтобы ведьма делала то же самое. На данный момент меня ничто не удивит.

Я провела большую часть последних двух дней, пытаясь расшифровать все возможные значения видения. Ни одна теория не выглядела глупо. Я все записывала. Если предположить, что Гнев мог бы быть Гордыней, и если учесть тогда, что я была Первой Ведьмой, я была проклята забвением, в наказание за то, что сделала.

Через некоторое время детали начали расплываться, еще больше сбивая меня с толку. Я не могла вспомнить, видела ли я лицо Гнева, или это было просто впечатление, что рядом со мной был именно он.

Я вспомнила темную комнату в видении, звуки далекой вечеринки, но не могла вспомнить звучание голоса моего возлюбленного. Выругался ли он громко, когда почувствовал, как высвободился, или это был шепот. И если не Гнев был со мной в видении…

Я выдохнула, оставив след на окне. Это все только усложняло. На празднике сегодня вечером я могла бы узнать возлюбленного из тех воспоминаний. Если бы мы танцевали вместе, вернуло бы это другие пропавшие воспоминания?

Я соскользнула с края окна и пролистала записи, сделанные после появления заколдованных черепов. Прошлое, настоящее, будущее, найти. Я думала, что это относится к Зеркалу Тройной Луны, за которым охотился Зависть. Теперь я задавалась вопросом, не несло ли оно нечто большее. Были ли эти видения частью моего прошлого или будущего?

Если это были образы из будущего, возможно, они могли быть связаны с пророчеством. Та часть, где я могла исправить ужасную ошибку.

Когда я находилась под влиянием Похоти, у меня было впечатление выбора, баланса. Что я могу проклясть кого угодно или что-то исправить. Но что?

Я опять возвращалась к убитой невесте дьявола. Может ли влюбленность стать ключом к снятию проклятия? На первый взгляд, это казалось простым. Но это было не так. Мне нужно было бы безумно влюбиться в Гордыню. А для этого навсегда разорвать помолвку с Гневом. «Богиня, помоги мне, это катастрофа».