Поэтому сегодня я позволю себе плыть по течению, позволю этому потоку меня захватить. Я буду жить прошлым, выложу воспоминания, всячески стараясь не отпускать грехи тем, кто этого недостоин.

Но этот проигрыш гасит мой прогресс. Это всегда проигрыш.

Потому что, как бы сильно я ни обижалась на них, мне повезло так, как везет немногим.

Меня любили так, как любят немногих.

Эта любовь навсегда изменила меня.

Остановившись на окраине города, выхожу из машины на леденящий ветер. Небо затянуто серыми тучами, под ботинками хрустит гравий, я иду ко входу у подножия небольшого холма.

Хотя моя время здесь ограничено, я сознательно саботировала свое будущее так, что мне совершенно некуда отправиться, как только я уеду отсюда. Именно на пути в Трипл-Фоллс я поняла, что направление у меня всегда будет прямо противоположным. Даже с достигнутыми целевыми ориентирами, с жизнью, которую вынуждена проживать, в глубине души с печалью думаю, что лучшие годы уже прошли. Когда я жила здесь несколько лет назад, мне постоянно снилось будущее. Теперь же моя цель – замедлить время и сосредоточиться на том, что будет потом.

Все, что у меня от них осталось, – обрывки проведенного вместе времени. Я поняла, что случившегося здесь в те месяцы хватило, чтобы запереть мое сердце на замок. И мне не дает покоя битва в голове, моя непоколебимая верность, которая отказывается забывать, хотя остальная часть меня умоляет о свободе.

И сейчас, заходя на небольшое кладбище, в двух шагах от правды чувствую истинное бремя наших совместных ошибок. О моем прибытии оповещает скрип железных ворот высотой до пояса. Пройдя по уединенному дворику, я нахожу его и встаю на колени, снимаю перчатку, чтобы провести рукой по высеченным на тяжелом камне буквам.

Prince Déchu

Падший Принц

Прошло больше двух тысяч дней с его кончины, с тех пор, как его украли у нас, у меня, оставив в моем сердце дыру. Я до сих пор, закрывая глаза, могу воскресить в памяти изгиб его темных ресниц. До сих пор помню, как он лежал на моих коленях, пока я его убаюкивала, ощущение его губ, когда целовала на прощание. Сколько бы проступков он ни совершил против меня, я чувствую к нему только любовь, тоску и благодарность.

Он погиб, чтобы защитить меня. Погиб, потому что любил меня. Но будь он проклят за то, что не знал, как трудно мне будет пытаться с этим жить. Его жертва часто вынуждала меня чувствовать себя недостойной такой любви. Но я его любила. Всем естеством. За то, каким он был, и за дар, который мне передал своей самоотверженной жертвой.

Если бы только я доверяла ему и верила в его любовь, сейчас он бы тут не находился.

Из всех ошибок, что я совершила за свои двадцать шесть лет, единственная, с которой не могу примириться, – факт, что я боялась своего защитника в ту ночь, когда его потеряла. Если бы…

При виде его могилы та ночь становится более реальной, а наш разговор и его последние слова – дороже. Он уверенно шел навстречу смерти. Его единственная просьба заключалась в том, чтобы провести со мной дождливый день. День, за который я бы отдала все на свете.

– Хотела бы я, чтобы ты забрал меня с собой, – полным боли голосом выдавливаю я. – Но в каком-то смысле ты забрал с собой всех нас.

В голове мелькает воспоминание, как мы впервые встретились взглядами.

– Ты наводил на меня ужас. – Я шмыгаю носом, глаза слезятся от зарождающейся боли. – Каким же ты был мудаком.

Когда я познакомилась с Домиником, он отгородился своими целями, Братством. И все же мне посчастливилось обнаружить в его броне незаметную брешь, потому что он мне позволил.

«Уже доверился».

Его слова с нашего последнего свидания. Я до сих пор отчетливо их слышу.

Прижав руку ко лбу, я стараюсь не расклеиться:

– Ты ушел прежде, чем мне представился шанс рассказать тебе о будущем, которое я придумала для тебя. Возможно, для нас это грезы, но они были прекрасны. Это не столько план, сколько место. Место, полное музыки и смеха, книг и долгих поцелуев, бесконечных дождливых дней. Место, где тебе больше бы не пришлось прятать свою улыбку.

Если бы…

Зажав рот ладонью, я смотрю на надгробный камень, и с губ срывается всхлип.

– Теперь я молюсь, Дом. Часто. За твою душу. Порой молюсь с эгоистичными помыслами, для того, чтобы увидеть твое лицо в своих снах. Ты никогда не разрешаешь увидеть тебя полностью. Изредка и издалека твой профиль, но этого мало. – Я задыхаюсь от этих слов. – Но я продолжаю попытки. Продолжаю за тобой гнаться. – Я убеждена, что не видела его полностью, потому что не озвучивала вслух то, о чем так отчаянно хочу попросить. И – самое сложное – я знаю, что ответ зависит от меня.