Лямка её шелковой белой ночнушки упала с плеча, и я поправил её, касаясь молочной кожи, покрытой мурашками. Мне не хотелось убирать руку, поэтому я этого и не сделал.

– Аврора, – строго произнёс я, взяв её за подбородок и вернув голову в прежнее положение. – Завтра же здание на главной улице города будет гореть, если ты сейчас же не переубедишь меня в том, что допускаешь мысль, будто работа когда-либо имела для меня большее значение, чем ты.

– Не нужно!

– Переубеди меня.

– Пожалуйста… – Она умоляюще-кокетливо посмотрела на меня из-под своих светлых мокрых ресниц, прекрасно понимая, что это сделает со мной. Я паду перед ней.

– Какая же вы хитрая, Аврора Де Сантис.

Аврора Де Сантис.

Меня приводил в восторг каждый раз, когда кто-то или я сам называл её так. Я испытывал гордость, представляя её своей женой. Но слышать, как она называет меня своим мужем… Это… Что-то внутри моего существа разрывалось в такие моменты.

Это вполне могло быть моим сердцем. И оно билось лишь потому, что после она всегда переводила взгляд на меня и улыбалась так, словно быть моей – её спасение.

– Ничто на свете никогда не будет так важно для меня, как ты.

Аврора кивнула, согласившись со мной.

– Повтори, – потребовал я.

– Ничто на свете никогда не будет так важно для меня, как ты.

Не сдержавшись, я засмеялся.

– Ой! – Она пропустила смешок, когда осознала свою ошибку, и прижала подушечки пальцев к губам, которые я вновь хотел поцеловать. – Ничто на свете никогда не будет так важно для тебя, как я.

– Правильно, – похвалил я, стирая остатки слёз с её щёк. – Но если быть честным, первый вариант понравился мне не меньше.

– Это правда.

– Я знаю.

Мне было известно, что она отрицала безусловную любовь между мужчиной и женщиной, тем не менее…

Любила меня вопреки всему, что я сделал с ней.

И я любил её, когда считал, что она забрала у меня Джулию. Последнее, что у меня осталось.

– Ты счастлив со мной?

Аврора уже давно не сомневалась в моих чувствах к ней. Однако ей всё равно хотелось слышать подтверждение моей любви каждый день. И она слышала. Ей не нужно было напоминать об этом. Сегодня я уже не раз говорил, что люблю её.

– Я не знаю, что мне сделать, чтобы расплатиться перед Господом за то, что он сотворил тебя для меня, – произнёс я.

– С каких пор ты веришь в Бога?

– С тех самых, как столкнувшись со всеми мои плохими сторонами, ты всё равно согласилась выйти за меня.

– У тебя нет плохих сторон, – шмыгнув носом, прошептала она.

– Любовь ослепила тебя, Принцесса-лебедь.

Как когда-то сделала это со мной.

Однако боли, что сидит в ней, больше не скрыться от меня. Я здесь, чтобы бороться против неё вместе с Авророй.

– Доминик?

– М-м-м?

Она громко сглотнула, из-за чего её горло дёрнулось, и посмотрела на меня своими серыми глазами, полными страха, который будто отказывался покидать её, что бы мы с ним ни делали.

– Иногда мне кажется, что я схожу с ума.

Мои губы коснулись костяшек её пальцев.

– В таком случае, – я начал оставлять поцелуи на запястьях Авроры, – я сойду с ума вместе с тобой.

– Если тебя нет за столом, значит, ты в меню, – сказал я, смотря в глаза мужчины. – Слышал о таком?

Эрик Дунбар – мэр Сакраменто – устроился на одном из кресел в конференц-зале прямо напротив Кристиана, который выглядел скучающе с самого начала нашей встречи.

Только мы трое. Никого лишнего.

Я, конечно, занимал место в центре, они, в свою очередь, расположились по разные стороны от меня. Всё началось с обеда в одном из местных рыбных ресторанчиков, после чего мы переместились сюда. Я назначил ему встречу не потому, что соскучился по его ублюдскому лицу.

У нас появилось дело, которое больше не терпело отлагательств.

Не после того, что я узнал.

– Да, – хмыкнул Эрик. Уголки его губ приподнялись.

Вероятнее всего, он считал, будто то, что он сидит здесь вместе с нами, делает его важнее всех остальных людей в городе, имеющих прямой контакт со мной.

Думаю, узнав, чем закончится наша сегодняшняя встреча, они бы обрадовались тому, что не получили приглашения. Во всяком случае, те, кто ещё хотел пожить.

– Но если ты уже за ним, помни: глупо исключать вероятность, что ты – поданное блюдо.

Эрик перестал улыбаться.

Удивительно, что он понял, ведь ещё утром, когда Аврора позвонила мне и сообщила свои подозрения, я был уверен, что всё это время имел дело с полным идиотом, который не понимает очевидных вещей.

– Зачем ты установил слежку за моей женой, Эрик? – прямо спросил я.

Он перевёл взгляд на Кристиана, будто я нуждался в нём, чтобы убить его. Это то, с чем я вполне мог справиться самостоятельно.