Надеюсь, Доминик знал, что это он вытащил его из огня в день пожара. Я видела это собственными глазами, так как тащила Джулию к скорой помощи в этот момент. Тела их обоих поглотил огонь. Это выглядело жутко.

Я знала, почему Доминик набил татуировки на своих плечах. Он прятал шрамы. Но папе бы это не помогло.

Пламя буквально съело его.

Когда он приходил ко мне по ночам уже после пожара, это напоминало сонный паралич. Он выглядел как монстр, выбравшийся из-под кровати.

– И отец запретил мне убивать его в последний момент, – вдруг добавил Кристиан. – Хотя таков был план, несмотря на то, что я не получил от него никакой информации. Мы не собирались отпускать его. Ни при каких обстоятельствах.

Всё складывалось.

Они заключили сделку. Дэниел взамен на Аврору.

– Винченцо Нери, ублюдок Винченцо Нери, – подчеркнул Доминик, чтобы напомнить всем, кем был мой отец последние годы жизни, – отпустил Младшего Босса Каморры, стратегически важного человека вражеской группировки, чтобы мою жену оставили в Ндрангете, потому что она – наследница «другой стороны»? – переспросил он. – Это ты хочешь сказать?

Себастьян помедлил перед тем, как ответить ему, будто впервые в жизни не знал, каков будет его следующий ход.

– Да, Доминик.

В комнате вновь повисло молчание.

Дерьмо. Оно напрягало меня.

В конце концов произошло что-то странное.

И я нахмурилась, наблюдая за следующей сценой.

Доминик, не сказав ни слова, поднялся со своего места, вышел из кабинета и хлопнул дверью. Аврора привстала, чтобы последовать за ним, но её остановил вопль из коридора.

Что-то между стоном, криком и рычанием.

Все переглянулись между собой.

Его можно было понять. Ни один мужчина в этой комнате и вне не обрадовался бы, узнав, что его любимая жена нужна его врагам, не просто потому что она – его жена.

Будь я мужчиной, вероятно, сошла бы с ума и превратилась бы в своего отца. Хотя и в теле женщины я не сильно отличалась от сумасшедшей. Всё-таки гены сыграли своё.

Немного позже Доминик вернулся, игнорируя пять пар глаз, уставившихся на него. К вниманию ему было не привыкать. Он спокойно взял свой телефон со стола и стал что-то печатать.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– Вызываю дополнительную охрану, – объяснил Доминик, и спустя всего один гудок его звонок приняли. – Десять человек к особняку Винченцо Нери.

Его карие глаза, в которых время от времени можно было заметить полыхающий огонь, пробежались по присутствующим в комнате и остановились на Авроре, после чего он произнёс:

– Двадцать.

Я проснулся от того, что кровать подо мной тряслась так, словно Сакраменто – город с наименьшим риском землетрясений – переживал сильнейшие подземные толчки в истории.

Осознание того, что происходит, пришло так же быстро, как и понимание, что я влюбился в единственную девушку на свете, находящуюся под запретом для меня.

Аврора. Моя жена. Принцесса-лебедь.

Ещё не прийдя в себя после резкого пробуждения, я развернулся и встретился с её спиной. Плечи Авроры тряслись, но не от холода, хотя одеяло закрывало только половину её тела. И было натянуто, подсказывая, что она сжимает его в кулаках. Луна отбрасывала свет на её короткие белые волосы.

За окном стояла глубокая ночь. Я не стал проверять точное время: это совершенно неважно. Моя жена, переживающая паническую атаку в одиночестве – то, что меня сейчас волновало.

Что случилось? Это из-за её возможного родства с…

Да, все были потрясены заявлением Талии.

Однако Аврора не выглядела так, словно находилась на грани. Моя реакция была в разы эмоциональнее. Позже, когда все разошлись по своим комнатам, она рассказала мне, как они с Джулией узнали о беременности Талии первыми, мы немного поговорили, и… я заснул.

Не стоило подчиняться усталости.

И девушке, которая всю жизнь умело притворялась счастливой, находясь в аду.

Я перелез через дрожащее тело Авроры и встал на колени перед кроватью с её стороны. Глаза девушки были открыты, и она видела, что я здесь, но смотрела сквозь меня.

Её здесь не было.

Потянувшись к столу, включил лампу. Аврора дёрнула головой, морщась из-за внезапного потока света, попадающего в её заплаканные серо-голубые глаза.

Я старался оставаться спокойным, чтобы ещё сильнее не напугать её, хотя моё сердце билось так быстро, будто считало, что я теряю свою жену. Это не так. Она в безопасности.

А я рядом и готов помочь ей.

– Попробуй вдохнуть медленнее.

Когда она начала работать с психотерапевтом, я сразу проконсультировался с ним по поводу того, что мне делать, когда это снова произойдёт. Он дал мне наставления, которые ранее работали. Сейчас же что-то шло не так. Ей было по-особенному страшно.