Большой палец потёр золотое обручальное кольцо на безымянном пальце, напоминая мне, что девушка, которую я оставил в своей постели, была моей женой и останется ей, пока я не надоем ей.

– Твоя жена… – задумавшись, остановился брат. – Не думал, что она имеет такую сторону.

Я прищурился.

Я бы мог подумать, что он говорил о сексуальном наряде Джулии на вчерашнем мероприятии, но она проецировала в его голове, как младшая сестра, поэтому это была наибольшая из глупостей.

– О чём ты?

– Она провела со мной воспитательную беседу, как только ты сбежал, когда я обмолвился парой слов.

Что Джулия сказала ему? Она… вступилась за меня?

Поэтому она выглядела такой разгорячённой, найдя меня за углом здания? Я заметил, как она специально провоцировала меня и хотела добиться того, чего я бы никогда не сделал, потому что цепь на моей шее была неуничтожима. Хотя я чувствовал, как рядом с ней барьеры постепенно теряли свою силу и пропускали меня навстречу к ней.

– Ты не знаешь её, – огрызнулся я, вспомнив его слова про её ранее неизвестную сторону.

Кристиан усмехнулся, проведя подушечкой указательного пальца по лезвию ножа перед своим лицом.

– Да, – согласился он. – Про тебя она сказала мне тоже самое.

Трепет пронёсся по сердцу.

Желание вернуться домой и найти её, проснувшуюся и похожую на только что вылупившегося птенца, вышло за допустимые рамки.

Я посмотрел на свои наручные часы.

Она ведь уже не спала? Или у меня всё же был шанс разбудить её своим способом?

– Чувствуешь это?

Мой глаз дёрнулся, когда я снова посмотрел на Кристиана.

– Как часто начинает биться сердце, когда она рядом с тобой, – уголок его губ приподнялся при объяснении. – И как замедляется, когда она оставляет тебя.

Так оно и было. Даже до того, как я стал смотреть на Джулию, как на женщину. Мне было просто приятно слушать её и иногда коротко отвечать ей, чтобы поддержать разговор и продлить его время хотя бы еще на несколько секунд. Раньше я не осознавал, насколько сильно нуждался в том, чтобы слышать её.

Голос Джулии был ритмом моего сердца.

Если я слышал её – значит жил.

– Но вопрос заключается в том, как быстро оно остановится, когда ты вернёшь девочку домой?

– Джулия дома, – оскалившись на брата, ответил я.

Рука, спрятанная за экраном ноутбука, сжалась в кулак.

– Через считанные минуты Доминик привезёт сюда документы о расторжении брака, тебе останется лишь подписать их и перестать морочить голову Джулии идеей, будто ты можешь дать ей то, о чём она тебя просит.

Джулия ничего не просила от меня. Я отдавал ей себя добровольно. Она лишь хотела, чтобы мы боролись вместе, а не по раздельности.

И мы делали это.

– Не делай из неё дуру.

Я резко вобрал в себя воздух, ноздри раздулись, а стул со скрипом отъехал назад, когда я соскочил со своего места. Одна моя рука ухватилась за край стола, чуть ли не проламывая его, а вторая метнулась в сторону Кристиана.

– Ты можешь говорить про меня всё, что тебе вздумается, – прорычал я. – Но когда дело доходит до моей жены – держи свой паршивый рот на замке.

Иначе, честное слово, я сделаю так, что Кристиан заткнётся навсегда.

Парень закинул голову наверх с улыбкой на лице, и его голубые глаза сверкали, а затем он поднялся и перегнулся через стол. Хорошо, что он был достаточно широкий, чтобы мы не стукнулись лбами, хотя прямо сейчас я был совсем не против ударить младшего брата.

Когда мы были детьми и ругались, шипя друг на друга, такое часто случалось. Это всегда было сильно, иногда кто-то из нас падал, но у нас было правило не нападать на уже лежащего, поэтому один поднимал другого, и мы продолжали посылать друг другу пустые угрозы.

Только, когда мы подросли они стали настоящими. Я был уверен, что тогда, в той комнате, когда Кристиан нашёл меня с Каей и нашим отцом, он зарезал бы меня, как свинью, если бы девушка не остановила его.

Потому что я бы не сделал этого.

Я никогда не отвечал на его атаки, позволяя ему бить меня. Может быть, наделся на то, что в один день его удар станет достаточно силён, чтобы раз и навсегда сокрушить меня?

Поэтому я был честен перед Джулией, когда говорил, что понимал её. Иногда просто хотелось, чтобы это всё закончилось.

Но не сейчас.

Сейчас я был зол.

– Ты услышал меня? – тыкнув пальцем в сторону Кристиана, переспросил я.

– То, что ты решил привести к концу ещё одного ребёнка своим появлением в его жизни? Да, я услышал это.

Поводок ослаб.

Я обошёл стол, когда брат отбросил нож в сторону, захватив все остальные, и они прокатились по поверхности, уезжая в направлении главного кресла.

Почему же сейчас он решил не вгонять его в меня? Может, моя вторая ладонь тоже хотела получить шрам.

Я больше не медлил. Мой кулак с такой силой прилетел в лицо Кристиана, что он отлетел влево и упал.