Я подняла брови, встречаясь с её откровенностью.

– Расскажете мне?

Камила кивнула, пока Сюзи тихо сидела рядом со всеми нами, выглядя такой робкой и стеснительной.

Она напоминала меня.

Девочки начали рассказывать мне о своих мыслях, а я незаметно положила руку поверх руки Сюзи, лежащей на полу, и взялась за неё. Девочка подняла на меня свой взгляд и я ласково улыбнулась ей, после чего, наконец, последовала её улыбка.

– Вы случайно не знакомы? – спросила у меня Дженни, обращая внимания на себя.

Я нахмурила брови, не понимая её.

– Ты когда-нибудь раньше встречалась с Домиником?

– С чего ты взяла?

Девочка промолчала и поджала губы, не собираясь отвечать мне.

– Он никогда не приезжал к нам таким грустным, – призналась Камила вместо подруги. – И нам кажется, что вы разделяете одну боль на двоих.

Я опешила.

– В твоих глазах она такая же, как и в его, – добавила Сюзи. – Он улыбается, но мы видим, что это не та улыбка, с которой он приезжал к нам раньше. А боль в твоих глазах была с того дня, как ты впервые приехала к нам. Ты не сможешь обмануть нас.

Мой язык прилип к нёбу и я, молча, переводила взгляд с одной девочки на другую.

Почему они думали об этом? Откуда в их голове вообще мысли о чьей-то боли?

Когда я провожу время с ними, я забываю о своей. Они стирают боль, и она возвращается, как только я сажусь в машину, собираясь покинуть Стоктон.

Я замялась, но собиралась ответить им, правда, пока не знала что, как внезапно мимо нас пронёсся мальчишка, размахивая пистолетом и случайно наступая на, распластавшиеся по полу, платья девочек.

– Джон! – прокричала Дженни.

Мальчик громко смеялся и, не извинившись, через секунду исчез в дверях, ведущих в спальни.

Девочки поднялись со своих мест и начали поправлять свои платья, ища пятна от ботинок Джона, но их не осталось, иначе бы они уже убежали следом за ним и устроили здесь настоящую драку. И мальчишка явно был бы в проигрыше.

Я помогала Сюзи поправить подол её платья, чтобы после он не мешался ей, когда она вновь сядет на пол, но теперь, ещё неожиданнее, в комнату вбежал Доминик.

– Вы видели Джона? – запыхавшись спросил он.

– Он побежал туда! – разъяренно сказала Дженни, показывая пальцем в сторону двери. – Надери ему зад! Он испортил моё платье!

Глаза Доминика были округлены, и он почти не обратил внимания на слова девочки и бросился в сторону спален, напоследок сказав кое-что конкретно мне:

– Он украл мой пистолет.

Воздух покинул мои лёгкие, а глаза выпали из орбит.

Что он сказал?

Пистолет в руках Джона был… не игрушечным?!

Я подпрыгнула на месте, сбрасывая туфли, когда Доминик проскользнул в соседнюю комнату, а я побежала в противоположную ему.

Ему что так сильно прилетело в прошлый раз на бою?! Ему не стоило тому парню позволять бить себя, если один удар позволял его мозгам напрочь вытечь из головы! Как можно зайди сюда с оружием?! Он думал, дети могут быть для него угрозой?

Я в бешенстве бежала через коридор, собираясь поймать мальчишку раньше Доминика, потому что комнаты на этом этаже были соединены общими дверями, и он должен будет выбежать здесь, если мужчина не схватит его раньше.

Кровь внутри меня закипела от злости.

Как он мог додуматься до такого? Его пистолет был заряжен? Что, если Джон решит нажать на спусковой крючок?

Во мне бился страх и гнев.

Мистер Гриффин и Мисс Уильямс должны будут добавить Доминика в чёрный список!

Идиот…

Я забежала в игровую и тут же столкнулась с мальчишкой, который бежал, оглядываясь по сторонам. Он стукнулся своим лбом о мои ноги и полетел назад, но Доминик, оказавшийся позади, схватил его, а я мгновенно вытащила пистолет из его рук.

Я снова могла дышать, чувствуя, что забрала это ужасную штуку из рук ребёнка, и в моих глазах жгло от негодования.

Я тыкнула пистолетом в сторону Доминика, который присел, чтобы быть наравне с мальчиком, и они оба смотрели на меня.

– Ты… – пробурчала я, не позволяя себя наговорить ему гадостей при ребёнке. – Ты хоть понимаешь, что мог натворить?

– Подскажешь мне? – улыбаясь во весь рот, спросил Доминик.

Ему было весело? Может, ему стоило перестать драться, потому что, что—то мне подсказывало, что его голова хорошенько пострадала за годы постоянных боёв.

– Успокойся, Принцесса, – попросил мужчина. – Приглядись, – он кивнул на пистолет, которым я в него тыкала, и мои глаза упали на оружие в моих руках. – Отличный муляж, не так ли?

– Что?

Я поднесла пистолет к своему лицу и стала рассматривать его, а затем, наконец, поняла.

Это была игрушка… Тогда зачем он разыграл весь этот цирк?

– Ты думаешь это смешно? – злясь, спросила я.