Оставшись в комнате одна, я наконец-то смогла осмотреться. Это помещение больше подходило для избалованного питомца, чем для человека. Мебели было очень мало: тахта стояла у окна, которое вряд ли можно было открыть. Кроме этого, здесь была кровать со множеством подушек на ней, шерстяные одеяла были аккуратно разложены на тахте. Во всей комнате не было ничего, даже отдалённо напоминающего зеркало.

Стены были пустыми и серыми, в некоторых местах краска потрескалась, что свидетельствовало об их запущенном состоянии. Это было нечто вроде выбранной наобум тюрьмы.

Я стыдливо подошла к окну и выглянула наружу, где увидела поле, окружавшее участок до самой линии деревьев. Люка вышел с кем-то через парадную дверь, закуривая. Я узнала во втором мужчине Николая, его предполагаемого друга. Люка заметил меня краем глаза и невинно помахал мне рукой, после чего вернулся к своему разговору.

Моё лицо исказилось от отвращения, когда я увидела его, поэтому я поспешно отвернулась от окна. Схватив шерстяное одеяло с кушетки, я закуталась в него. Я попыталась вспомнить, что же произошло. Где была моя одежда? Мне нужна была моя сумочка, в которой лежал яд. Неизвестно, что они задумали, поэтому я не могла себе позволить долго оставаться безоружной.

Я заползла на кровать и уставилась на маленькие трещинки в краске, пытаясь думать.

Что есть реальность? Что я теперь знаю?

Настоящее имя Виктора было Люка. Люка был психопатом по найму. Сайлас и Фиби были родными братом и сестрой. Фиби всё это время была вайпером, хотя и молодым. Меня добавили в коллекцию Гостей в Гнезде. Я находилась в Гнезде, где-то за городом. Скорее всего, в одном из владений мистера Астона, который также являлся их отцом. Мистер Астон тоже готовил меня к этой участи, то ли из милосердия, то ли по злому умыслу.

Я застонала и схватилась за пульсирующую голову. Для меня всё это было слишком сложно, но я изо всех сил старалась разложить всё по полочкам в своей голове, прежде чем мне пришлось бы столкнуться с этими существами лицом к лицу.

Единственное, что меня успокаивало, – это уверенность в том, что они не собирались меня убивать, исходя из слов самого Люки, хотя это вовсе не означало, что они не будут издеваться надо мной по очереди. Хуже всего было то, что все те, кто, как я надеялась вначале, стали бы меня искать, вряд ли вообще когда-нибудь придут за мной.

Все, кого я знала, обманули меня.

Я больше не доверяла ни одному из этих людей.

Хотя моя ситуация была довольно сложной, матрас оказался добротным, поэтому я проспала всю ночь лучше, чем могла себе представить вначале. Я заснула сразу после того, как меня оставили одну, и не проснулась до следующего утра, погрузившись в сон, позволив депрессии полностью овладеть собой и высосать из меня всю энергию. Было бесполезно игнорировать это чувство беспомощности. Фитиль моей воображаемой свечи потух, и воск больше не горел. Так что я решила использовать эту возможность, чтобы отдохнуть.

Пока я тихо лежала, служанки то и дело входили и выходили, чтобы забрать подносы с едой, которую я оставила нетронутой. Я ни разу не двинулась со своего места на кровати, и меня никто не беспокоил.

Вдруг острое жало впилось в моё раненое плечо, и я вздрогнула, схватив чью-то бледную руку.

Она вскрикнула от резкого движения.

– Фиби, – мои глаза расширились от удивления.

– Алина…

– Что ты наделала? – Моё выражение лица болезненно исказилось.

Она избегала моего взгляда.

Я дёрнула её за руку, чтобы притянуть к себе.

– Ты меня слышишь? – крикнула я.

Она выглядела жалко. Как нашкодившая собака, которую поймали с поличным. Неужели она была настолько слаба, чтобы позволить им делать нечто подобное? После всего, что я для неё сделала, она не смогла найти в себе силы довериться мне, сказать мне правду? Эмоции кипели во мне, но я почти не чувствовала сочувствия к ней. Я ещё крепче сжала её запястье.

– Т-ты делаешь мне больно, – сдавленно сказала она.

– Отлично. Ты это заслужила, – усмехнулась я. – Раз уж ты настолько была уверена в себе, в своей способности защитить меня, что даже не предупредила о реальной опасности, то теперь ты поможешь мне выбраться отсюда, – мои слова резанули по ней, словно лезвие ножа.

Я чувствовала, как она старалась сдерживаться.

– Я не могу, – прошептала она, с трудом глядя на меня.

– Что значит «не можешь»? – прошипела я на неё, садясь в кровати.

– Я не знаю, как это сделать. Они следят за мной, подслушивают, – тихо сказала она и посмотрела на меня с сочувствием.

– Мне нужно, чтобы ты нашла и принесла мой клатч, – я наклонилась поближе и прошептала это ей на ухо.

– Неужели ты беспокоишься о каком-то клатче в такой момент?

– Нет, просто у меня в нём кое-что лежит. Маленькие стеклянные пузырьки длиной в полдюйма, – проинструктировала я, показывая ей примерный размер пальцами.

– Ладно, хорошо. Я попробую. Я не знаю, куда они его засунули…

– Разберись, – огрызнулась я, резко отпуская её запястье.