– Ты только глянь на себя, – бормочет Рэнсом. Он проводит рукой по моим волосам, сидя на подушках рядом с моей головой, наклоняясь надо мной так, что его лицо оказывается в поле моего зрения. – Ты выглядишь потрясающе. Мы тебя утомили?

Я киваю, глядя на него снизу вверх и пытаясь вспомнить, как пользоваться конечностями.

– Вик не трахается, – продолжает Рэнсом. – Он никогда не был с женщиной. Но ты можешь понаблюдать за ним. Хочешь понаблюдать за ним, как он наблюдал за тобой?

Я снова киваю, на этот раз более решительно. Я все еще слишком вымотана, чтобы сидеть, но поворачиваю голову и смотрю на Виктора, который сидит в кресле неподалеку.

Он по-прежнему не вынул свой член, но, пока я смотрю, он расстегивает пуговицу и тянет молнию вниз, отодвигая боксеры в сторону. Затем облизывает ладонь и обхватывает рукой член, прерывисто выдыхая и начиная дрочить его теми же точными движениями, которые он использует для всего остального.

Я смотрю, как зачарованная. Впервые вижу, чтобы он делал нечто подобное. Впервые наблюдаю, как он на что-то физически реагирует. Он двигается с отработанной легкостью, явно привыкший делать это самостоятельно, и мне интересно, касалась ли его когда-нибудь женщина губами или руками.

Я высовываю язык, облизываю губы, и ни на секунду не отвожу взгляда, желая от него большего. Мэлис и Рэнсом довольно громко кончали, но единственный признак того, что Вик близок к оргазму, – это едва уловимый, резкий вдох и то, как его глаза слегка расфокусировались от удовольствия.

Его пальцы сжимаются вокруг члена, и часть сдержанного контроля теряется. Его движения становятся более беспорядочными, менее точными, и он немного наклоняется вперед, выпячивая бедра, двигая рукой быстрее и сильнее, и наконец, достигает своего пика. Его дыхание становится прерывистым, и я наслаждаюсь этими звуками и тем фактом, что он вот так слетает с катушек передо мной.

Из-за меня.

Когда он кончает, то делает это с тихим, прерывистым вздохом, и горячие, липкие струи его спермы выплескиваются наружу, покрывая его руку.

В комнате воцаряется тишина, наполненная только звуком нашего дыхания, и только сейчас я понимаю, насколько громко здесь было до этого. Какой громкой была я, когда Рэнсом и Мэлис трахали меня. Рука Виктора все еще обхватывает его член, и он продолжает сжимать себя, поднимаясь с кресла и подходя ближе ко мне. Его пристальный взгляд скользит по мне, будто он пытается запомнить каждую деталь.

– Может, попробуешь его? – шепчет Рэнсом, когда Виктор приближается к нам. – Покажи ему, что он теряет.

Сердце замирает в груди, и я каким-то образом нахожу в себе силы сесть. Вик уже стоит достаточно близко. Я наклоняюсь вперед, высовываю язык и облизываю головку его члена, ощущая вкус его спермы у себя во рту.

Вик с шипением выдыхает, хватает меня за волосы и отрывает от своего члена. Когда я поднимаю на него взгляд, его глаза широко раскрыты, челюсть сжата, ноздри раздуваются от резких вдохов.

Мгновение мы смотрим друг на друга, затем он отпускает меня и отступает на шаг.

– Посмотри на себя, солнышко.

Мэлис все еще стоит у края дивана, и приказ в его голосе привлекает мое внимание.

Я смотрю на свое тело: взгляд опускается вниз, откуда я вижу, как моя недавно татуированная грудь сотрясается в такт ударам моего сердца. На бедрах отпечатки пальцев, а между ног размазана белая сперма, чуть окрашенная в розовый из-за небольшого количества крови, которая, должно быть, появилась из-за того, что Рэнсом лишил меня девственности.

Я – в раздрае. Грязная, неправильная. Я никогда раньше не была такой липкой, на мне никогда не было ничьей спермы. Или во мне.

Но я чувствую себя… хорошо.

Как будто что-то внутри меня раскололось, и я стала другим человеком.

Рэнсом наклоняется ближе, пока его братья нависают над нами, и нежно проводит пальцами по моим волосам. Он поднимает мое лицо, хочет встретиться со мной своими теплыми, ясными глазами. Когда он наклоняется, чтобы поцеловать меня, я встречаю его на полпути, наслаждаясь мягкостью этого жеста после всего, что произошло сегодня вечером.

– Ты молодец, красавица, – шепчет он мне в губы. – Все получилось как нельзя круче.

На следующее утро я просыпаюсь, чувствуя обнимающую меня руку Рэнсома на талии, его тело прижимается ко мне. Ощущения теплые, но слегка туманные, и я, глубоко дыша, погружаюсь в комфортное состояние между сном и явью, позволяя глазам оставаться закрытыми.

Мозг включается только спустя несколько минут, и я моргаю. События прошлой ночи всплывают в памяти и воспроизводятся яркими кадрами со всеми прилагающимися звуками. Щеки тут же вспыхивают от воспоминаний.

Еда, поддразнивания, разговоры о татуировках. А затем… все остальное.

Это кажется сном. Чем-то, что случилось не со мной. Но все это делала я. Голова жутко гудит от выпитого алкоголя и недостатка воды, грудь побаливает в том месте, где Мэлис сделал мне татуировку. Но болит не только это место.