– И, насколько я могу судить, быстро.

– Сделай это, – говорю я ему, испытывая тот же прилив дикого ликования, что и в тот момент, когда я осадила Оливию на заседании правления.

Вик начинает процесс вывода средств, а я со своей стороны заполняю необходимую информацию. Мне приходится перевести дыхание, сердце бьется слегка учащенно. На таком поле я никогда раньше не сражалась, но с помощью Вика у меня может получиться ранить Оливию в самое сердце. Отнять все, что она считает важным.

– Не могу поверить, что я это делаю, – бормочу я, качая головой.

– Она заслужила, – замечает он, и его голос становится жестким.

– Да, я знаю. Просто… раньше я даже не могла позволить себе приличную еду каждую неделю со всеми этими счетами, которые нужно было оплатить. Теперь же я вмешиваюсь в чей-то бизнес на миллионы долларов. Дикость какая-то.

– И я продолжу искать способы, с помощью которых ты сможешь разрушить ее жизнь еще больше, – обещает он. – Хоть используешь все это богатство и статус с пользой.

Я киваю, откидываясь на спинку дивана.

– Верно. Спасибо, Вик. Я так рада, что ты помогаешь мне во всем этом.

Он слегка краснеет, на губах играет довольная улыбка, и он снова опускает взгляд на клавиатуру.

– Приятно хоть раз использовать свои навыки против нее, – говорит он. – Оливия долгое время использовала мои мозги в своих интересах. Приятно, что ей это аукнулось.

Мне нравится видеть эту его сторону. Видеть всего Вика целиком.

В последнее время ему гораздо комфортнее рядом со мной. Так приятно осознавать, что он мне доверяет.

Это чувство взаимно.

Я бы доверила Вику свою жизнь.

Как только начинается процесс вывода средств, мы переходим к следующему этапу работы. Мой разговор с Рэнсомом в ванной снова напомнил мне, насколько важным для меня всегда было получение высшего образования. Долгое время это было моей единственной реальной целью. Мое желание выстоять и закончить учебу, вместо того чтобы уволиться и помогать Оливии управлять ее состоянием, стало частью того, что заставило ее раскрыть свое истинное лицо, вынудить меня шантажом согласиться выйти замуж за Троя.

Теперь, когда мы решили остаться в Детройте, я хочу достичь этой цели – отчасти ради собственного удовольствия, а отчасти в качестве гигантского «пошла ты» в адрес Оливии. Напомнить ей о том, что она больше не контролирует мою жизнь.

Но я определенно не хочу продолжать учиться в университете Уэйна. С этим колледжем связано слишком много дурных воспоминаний. Я никогда больше не буду чувствовать себя там по-настоящему комфортно.

Я рассказала ребятам о своем намерении перевестись в другой колледж и продолжить учебу, и они согласились. Так что теперь осталось только съездить в кампус и забрать свои документы, чтобы я могла подать заявление куда-нибудь еще.

Конечно, все трое рвутся со мной – ни один не готов надолго отпускать меня одну. И я не сопротивляюсь. Слишком долгая разлука оставила в нас невидимые трещины, поэтому теперь лишь близость, это простое тепло рядом, понемногу скрепляет их обратно.

После обеда мы отправляемся в путь. Пока идем по коридору к лифту, парни окружают меня.

– Это будет что-то новенькое, – говорю я, бросая на них дразнящий взгляд. – На этот раз вы реально пойдете со мной в кампус, а не просто заявитесь туда, как настоящие сталкеры.

Рэнсом разражается смехом, обнимая меня за плечи. Мэлис фыркает и закатывает глаза, но я вижу веселье в его серых глазах.

Как только мы добираемся до кампуса университета Уэйна, мне не требуется много времени, чтобы забрать свои документы, и, хотя женщина за столом в офисе администрации продолжает бросать любопытные взгляды на моих парней, я рада, что они со мной. У меня не так уж много приятных воспоминаний об этом месте, и то, что они рядом, охраняют меня, действует весьма успокаивающе.

Когда мы выходим из здания и направляемся обратно через кампус, Рэнсом развлекает нас всех, показывая различные места, где у меня случались встречи с ними. Я смеюсь.

Однако легкое настроение улетучивается, когда мы возвращаемся в мою унаследованную квартиру… и обнаруживаем, что нас ждет Оливия.

Она стоит у входа в здание, и ее глаза встречаются с моими еще до того, как Мэлис останавливает машину. Сердце у меня начинает биться сильнее. Мы выходим из машины, и она сразу же подходит к нам с красным лицом и глазами, полыхающими яростью.

Обычно, даже когда она чертовски зла, Оливия выглядит собранной и уверенной в себе, полностью владеющей собой. Но сейчас она совсем иная, несдержанная, растрепанная. Такой я ее никогда еще не видела.

Ее волосы выбились из аккуратной прически, а одна из пуговиц на блузке расстегнута. Она цепляется за свою сумочку, как за спасательный круг, а под глазами у нее темные круги, которые не может скрыть даже ее дорогая косметика.