– Вы только послушайте эту грязную девчонку. Обожаю, когда ты такая.

Я ухмыляюсь, ведь всем грязным вещам, которые знаю, я научилась у него и его братьев. И они были очень хорошими учителями.

– Тогда засунь в меня свой член, – говорю я ему. – Я хочу почувствовать каждый пирсинг. Чтобы я даже завтра чувствовала тебя, когда буду двигаться.

Он стонет.

– О, я позабочусь, чтобы так и было.

Похоже, эти слова окончательно возбудили его, и он уже готов схватить меня и сделать все, как надо, но вместо этого встает с дивана. Я морщу нос, провожая его взглядом и пытаясь понять, что он задумал.

Но все становится ясно, когда он заставляет меня встать, а затем толкает вниз, пока я не оказываюсь перекинутой через подлокотник дивана.

Сердце колотится как бешеное. Обожаю, как уверенно и властно он меня держит. Мои ноги на полу, талия на подлокотнике, задница выставлена на его обозрение. Если бы он уткнул меня лицом вниз, в подушки дивана, все остальное осталось бы открытым для его доступа.

Рэнсом стаскивает с меня брюки и трусики. Даже не полностью – оставляет их болтаться на лодыжках. Это только усиливает восхитительное чувство уязвимости, и я стону, когда его руки скользят по моим бедрам, а затем сжимают мою попку.

– Ты даже не представляешь, как хорошо выглядишь в таком виде, – хрипло шепчет он. – Черт, ангел.

– Покажи мне, – умоляю я, выгибаясь назад так сильно, как только могу. – Покажи, насколько тебе это нравится.

Он прижимается промежностью к моей заднице, давая мне почувствовать его твердость. Шероховатость его брюк на моей коже и горячее прикосновение его члена под тканью заставляют мой клитор пульсировать. Рэнсом тщательно ощупывает мою задницу, а затем отстраняется, и я слышу, как он стягивает штаны, чтобы достать член.

– Ты будешь хорошей девочкой и примешь мой член, как попросила?

В меня проникает головка, и, о боже, как это потрясающе. Тело все еще немного побаливает после прошлой ночи, но киска все равно растягивается, чтобы принять его. Скользкая влажность моего возбуждения облегчает проникновение.

– Пожалуйста,– стону я, впиваясь ногтями в кожу дивана.– Прошу, мне это нужно. Ты мне нужен.

Рэнсом не заставляет себя ждать. Он быстро входит до конца, затем задает жесткий, быстрый ритм, вбиваясь в меня так, словно не может насытиться. Его руки опускаются на мои бедра, крепко сжимают, и я выдыхаю его имя, когда его пирсинг попадает в нужную точку внутри меня, отчего удовольствие пронзает мое тело, подобно удару молнии.

Я пытаюсь раздвинуть ноги шире, но мне мешают брюки и трусики, которые все еще мотаются на лодыжках, удерживая меня в ловушке. И это каким-то образом еще больше заводит меня. Я хнычу, опускаю руку вниз, чтобы поиграться с клитором.

– Черт, – выдыхаю я. – Черт, черт, черт.

– Я не могу насытиться тобой, – говорит Рэнсом. – Твою мать, мне всегда мало. Ты так хороша. И как же охрененно быть в тебе.

Он входит в меня глубже, и с каждым толчком его пирсинг трется о мои внутренние стенки. Этого достаточно, чтобы свести меня с ума. Я все ближе и ближе к тому, чтобы кончить…

И тут, совершенно не вовремя, звонит его телефон.

Рэнсом тихо чертыхается, но не перестает трахать меня. Вместо этого он погружается глубоко, крепко сжимая мое бедро одной рукой, чтобы удержать меня на месте, и тянется за своим мобильником, который он положил на спинку дивана.

– Алло, – бормочет он в трубку. – Погоди.

Я пытаюсь подавить стоны, вести себя тихо, чтобы тот, кто находится на другом конце провода, не услышал меня, но это легче сказать, чем сделать, пока член Рэнсома заполняет каждый дюйм моего тела.

Рэнсом снова кладет телефон на спинку дивана, и по фоновому шуму я слышу, что он включил громкую связь.

– Окей, говори, – говорит он. Теперь, когда обе его руки снова свободны, он хватает меня за бедра еще крепче, входя в меня долгими, глубокими толчками.

Я прикусываю губу и втягиваю воздух через нос, когда из динамика телефона доносится голос Мэлиса.

– У нас есть одна возможная зацепка, – говорит он. – Но никто больше в очередь не выстроился, знаешь ли. Наверное, испугались этой стервы и не захотели вмешиваться.

– Или им просто нечего было предложить, – добавляет Вик. – Не у всех в криминальном мире есть ресурсы или мужество, чтобы выступить против кого-то вроде Оливии, а нам мертвый груз не нужен.

– В общем, кое-что получилось, и на том спасибо, – бросает Мэлис.

– Лучше, чем ничего, – говорит ему Рэнсом. Затем он входит в меня так резко, что я открываю рот и издаю стон.

– Что это было? – спрашивает Мэлис. – Это Уиллоу?

Рэнсом смеется и снова двигает бедрами, погружая член по самые яйца.

– Передай привет, малышка.

Я стону, дрожа на подлокотнике дивана.

– Черт. Привет, Мэлис. Привет, Вик.