В моей памяти родители всегда оставались самыми прекрасными людьми на свете. Их безграничная любовь и забота окутывали меня, словно тёплый плед в холодный вечер. Их внезапный уход стал для меня не просто потерей... Долгие годы я избегала смотреть на их фотографии, хранящиеся в семейном альбоме. Каждая попытка взглянуть на эти снимки вызывала такую боль, что я отступала, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями и слезами.

Только недавно я нашла в себе силы открыть этот альбом. Листая страницы, я заново переживала моменты счастья, запечатлённые на фотографиях. Жизнь с тётей была совершенно другой… Каждый день был новым испытанием, наполненным уроками и нравоучениями. Нельзя то, нельзя это...

После того как я вышла из ванной, окутанная ароматом лаванды и свежести, я переоделась в домашнее голубое платье. Нежные складки ткани мягко облегали тело, но никак не мешали двигаться свободно. Приведя себя в порядок, я решила осмотреть комнату более внимательно.

Моё внимание сразу привлекла массивная дверь, ведущая на террасу. Я подошла ближе и осторожно приоткрыла её. Свежий воздух наполнил комнату, а вид, открывшийся передо мной, заставил сердце забиться чаще. Я сразу подумала, что утром можно будет выходить сюда и встречать первые лучи восходящего солнца, наблюдая, как они окрашивают небо в различные оттенки оранжевого и розового цветов.

Сама спальня казалась невероятно огромной. Богато обставленная комната с изысканной мебелью, будто из другого мира. Что-то наверняка было очень старым и дорогим. Особенно внушающих размеров шкаф и необычной формы столик у окна. И по сравнению со всем этим моя прежняя комната казалось тусклой и сковывающей.

Время неумолимо приближалось к ужину, когда я, наконец, вышла из своей комнаты, чувствуя себя обновлённой и полной сил. Хотела было приступить к разбору вещей, но обнаружила, что Марта уже успела всё разложить. Наверное, пока я нежилась в ванне, она успела навести идеальный порядок.

Медленно прогуливаясь по коридору особняка, я с интересом разглядывала обстановку, и вдруг воспоминания нахлынули на меня, словно волна. Я вспомнила, как в детстве играла здесь в догонялки с Матеем, Дами и Стефаном. В памяти всплыла сцена, как Матей случайно задел тумбу, на которой стояла невероятно дорогая ваза. Она с оглушительным звоном рухнула на пол, рассыпавшись на сотни осколков. Миссис Лам де Вель была настолько огорчена, что даже мы, дети, почувствовали тяжесть её разочарования. Ведь эта ваза была её любимой и, вероятно, представляла немалую ценность. Но также я помнила, что она никогда не ругалась.

Я медленно шла по длинному коридору, погружаясь в воспоминания и мысленно отмечая расположение каждой спальни. В памяти оживали картины прошлого, и я словно заново открывала для себя этот дом. Остановившись возле одной из дверей, я с уверенностью подумала, что именно здесь раньше находилась спальня Дамиена. Дальше, за поворотом, располагались комнаты Стефана и Матея. А в самом конце коридора, в той части дома, что казалась наиболее уединённой и отдалённой от остальных, находилась ещё одна спальня. Кажется, это была комната Руса… или всё-таки Леви? Как же правильно его теперь называть?

Раньше я была уверена, что его полное имя Рус Лам де Вель. Но оказалось, что у него двойное имя, и оно звучит настолько необычно: Русал Левиафан Лам де Вель. Интересно.

Теперь в моей памяти он навсегда останется двумя совершенно разными людьми. Рус — тот самый болезненный, худощавый парень с мечтательным взглядом, который тайно вздыхал по мне и старался привлечь внимание робкими улыбками. И Леви — загадочный, мрачный мужчина с развитой мускулатурой, чьи холодные глаза больше не задерживаются на мне ни на секунду. Словно два совершенно разных человека, живущих в одном теле. Да и сейчас Рус совершенно не выглядел больным. Взгляд осмысленный и холодный. Наверное, ему стало лучше за это время.

Это хорошо. Может, он ещё и забыл, как я заставила его соврать? Было бы просто прекрасно. А то я всё ещё чувствовала вину. Но, во всяком случае, мы уже стали взрослыми. Не держит же он на меня обиду?.. А что, если именно из-за момента в лагере он теперь не хотел говорить со мной?..

Я, будучи совсем задумавшейся, шагнула ближе к той дальней двери. Сама не понимая этого, схватилась за ручку и потянула на себя. Что же я хотела таким образом сделать? Всё-таки увидеть Руса, снова? Узнать, почему он проигнорировал меня сегодня в коридоре или попросить прощение за тот мой поступок в лагере?.. Но мне ведь в первую очередь следовало поговорить с Дами. Вот кто точно должен злиться на меня за тупость, наивность и страх перед теми ужасными девчонками, способными повлиять на тех, кто слабее их. Гадюки...

Чёрт...